В канун 8 марта нормальных девушек приглашают в кафе или кино, меня же позвали под лед в Калужскую область.
У меня за плечами пройденный курс сухого гидрокостюма, 10-дневное красноморское сафари в нем же, и одно погружение в Тверском карьере, в то время, когда льда еще не было, а температура воды уже успела достичь отметки в +2 С. То есть, ощущения примерзающих к регулятору губ и как ножом режущий шею холод на стыке неопренового капюшона и манжеты «сухаря» меня не пугали. После массы рэков надголовной среды я тоже не боюсь. Успокаивал и тот факт, что подледные дайверы погружаются "на привязи", да и инструктор будет на расстоянии невытянутой руки. В итоге - страха у меня не было совсем, а вот пурга, темнеющая майна и пасмурное небо оптимизма не добавляли.
Но вот одет утеплитель, с помощью чьих-то заботливых рук натянут "сухарь", собрана скуба - пути обратно нет. Пытаюсь изобразить, что блондинки не умеют вязать булинь. Не помогло – вот петля затянута на талии, а инструктор (Владимир Псуненко, «Divesuit-Клуб») уже ждет в майне, покачиваясь среди маленьких осколков льда. Гигантский шаг у подледников не в чести, но с его помощью, наверное, можно перешагнуть майну и сугробами уйти в леса. Но я ведь на привязи. Поэтому аккуратненько, дабы не утопить инструктора, булькаюсь в воду. Понимаю, что во время манипуляций с тросом ухитрилась сбить сухую перчатку и вода почти намочила утеплитель. "Ура!" - успеваю подумать я, вспоминая, что в домике есть много термосов с чаем, глинтвейном и вкусные бутерброды. Но добрые люди снабдили меня плотной неопреновой перчаткой, и пришлось-таки погружаться.
Подношу к носу фонарь с компьютером, разглядываю показатель глубины в 3 метра. Видимость - около полуметра. Инструктор исчез. Дергающийся трос интересуется, все ли у меня ок. "Ок", - отвечаю я и пытаюсь в облаках ила опознать Вову. Ластой снизу чувствую что-то мягкое и неприятное. Илистое дно, глубина 3,5 м, сверху лед - куда деваться?? Вплотную ко мне подплывает темное пятно и спрашивает "ок?". «Если все это – в пределах нормы, я не понимаю, как вы умудряетесь любить айс-дайвинг», - думаю я, отвечая "ок" Вове и тросу. Уходим уже рядом в сторону от майны на той же глубине, ластая по илу. Проплываем еще пору метров. Где тут у них глубина?? Замечаю, что тросы наши перепутались. Начинаю делать вокруг Вовы танцевальные па, распутываясь. Опять интересуется, все ли "ок?" Если это "ок", то я - балерина. Почему-то стоим на месте? В чем дело? Снизу ил, сверху лед, посередине я, видимость - нулевая, такой вот сэндвич. Чувствую, что сижу в каше, кое-как отрываюсь от дна, ложусь в трим и … стукаюсь баллоном об лед.
Глубина - 3 м, время погружения - 6 мин, видимость - без изменений, воздуха - много, а вот терпение кончилось. Все, всплываем. Меня достают сильные мужские руки, больно стукают бедром о край майны и вытягивают на лед.
Свобода. Воздух. Дорогу к домику замела метель, тащусь туда со всем снаряжением. Проводим разбор полетов - почему стояли на одном месте? Оказывается, страхующий слишком крепко держал трос, а Вова, имеющий под водой как все нормальные дайверы, нейтральную плавучесть, не мог сдвинуться в места! А я болталась рядом, черпая ластами грязь и усугубляя видимость… страхующий же уверял, что трос задевал о край майны, поэтому Вове казалось, что его держат.
Так и не приняла решение, кому поставить «незачет» за это погружение: себе, инструктору, страхующему или илистому водоему? Вывод один: все, что не получается, нужно переделывать. Благо, в наших широтах зима в начале марта не заканчивается.
Юлия Зайцева