www.ivmag.org - Из опубликованного (избранное)

Морская сказка

Thu, 23 Jul 2009 22:59:04 +0400

: :ЗВЕЗДЫ СОШЛИСЬ. Идея снять под водой не просто подводный мир, а что-то доброе и вечное, детскую сказку, например, появилась у Олега давно. Коллега, подводный оператор Саша Македонский так и сформулировал: «Зачем люди уходят под воду? Чтобы отрешиться от
всего, поэтому под водой уже не хочется экшена, а хочется доброй, чистой сказки».

Заработала мысль: сценарий, образы, костюмы. Творческий контакт Марины и Леа был полным, взаимно обогащающим и удивительным, так родились костюмы чудесных сказочных персонажей. Так сформировался проект «Подводных экспедиций» под названием «Русалочка».

: :КАМЕРА, МОТОР. НАЧАЛИ. Красное море, белые яхты, сафари на дальний юг, красивые дайв-сайты с нетронутыми кораллами, утренний дайв. Вдруг на палубу выходит белокрылый ангел! Перья колышутся на ветру, на голове – ослепительный нимб. Ангел делает шаг с
борта, летит… и опускается в воду. Удивлению личного состава, особенно египтян, не было предела. Всем хотелось запечатлеть эту картинку, пусть даже на мобильник.
Если учесть, что каждый день снимали по два персонажа, в нарядах один сложнее другого, то ясно, что съемки сами по себе стали прекрасным шоу для окружающих, а
«чужие» фотографы тайком пытались сделать заветные подводные кадры, прячась за кораллами.

скачать статью полностью

Видео к статье о Grumman Goose

Thu, 04 Jun 2009 13:15:28 +0400

В свежем номере журнала InVertum 2(5) 2009 в статье о самолете "Каталина" по имени Grumman Goose, потерпевшем крушение 30 лет назад, мы обещали Вам подводное видео.

Слово свое мы держим, вот оно:

IV чемпионат мира по фридайвингу

Thu, 13 Nov 2008 00:14:46 +0300

Россиянки стали чемпионками мира второй раз подряд! И, кажется, такое развитие событий становится уже привычным для фридайверовского мирового сообщества. Наталья Молчанова, Наталья Авсеенко и Ольга Сурякова привезли на Родину 3 золотые медали с VI чемпионата мира по фридайвингу, который проходил в египетском Шарм-эль-Шейхе с 31 августа по 12 сентября 2008 года. В этот раз спортсмены из 18 стран мира соревновались командами в трех дисциплинах: ныряние с постоянным весом (глубинная дисциплина), статика и динамика.

Наша страна на этом турнире была представлена как женским, так и мужским составом. За женщин сражались Наталья Молчанова, Наталья Авсеенко, Ольга Сурякова и в запасе Ирина Смоленцева. За мужчин выступали Алексей Молчанов, Евгений Бутов и Юрий Шматко.

Итак, 3 сентября началась первая дисциплина «Ныряние с постоянным весом». Погода была по-египетски «замечательна»: жара за сорок, вода в море +29, волны, ветер. Условия, к сожалению, не идеальны, с фридайверовской точки зрения. Жара приводила к быстрому обезвоживанию, теплая вода в море явно не способствовала раскрытию рефлекса млекопитающих и кровяному сдвигу, при больших волнах атлетам было тяжело сохранять расслабленное состояние и осуществлять правильную вентиляцию легких. Большинство спортсменов ныряли либо в очень тонких миллиметровых костюмах либо без них, пытаясь оптимизировать организм к внешним условиям…Трудно. Но что делать? В этот день выступали Евгений Бутов и Юра Шматко. При всех погодных минусах Жена Бутов красиво нырнул на 58 метров. Юра, к сожалению, не смог продуться и вместо 65 метров сделал 46.

На следующий день стартовали Оля Сурякова (заявленная глубина 55 метров), Наталья Авсеенко (65 метров), Наталья Молчанова (85 метров), Алексей Молчанов (95 метров). Погода проявила свой характер еще сильнее: волнение, по сравнению с предыдущим днем, еще усилилось. Но соревнования опять шли своим чередом. Ольга легко нырнула на 55, я, Наташа Авсеенко на 65 и Наталья Молчанова 85. Правда, сначала Авсеенко была дисквалифицировна за протокол на поверхности. Судьи не увидели ее знака «ОК». Пришлось подавать протест, который был удовлетворен в пользу нашей команды. Камера на поверхности зафиксировала поданный знак, и к нашим девушкам вернулась «белая карточка». Таким образом, уже после первой дисциплины наша женская сборная стала лидером, заработав 205 очков. Следом за ними шли японки и американки.

Вторая дисциплина – статика. Из-за жары соревнования перенеслись на вечер. К этому времени температура воды в бассейне прогрелась до 33 градусов. Такая вода очень опасна для работы на задержке дыхания, так как повышался риск выхода из апноэ в неадекватном состоянии. Все были готовы к тому, что в этот день произойдет много сюрпризов – непредсказуемых самб и блэкаутов. Для нашей сборной главная задача состояла в том, чтобы все заработали «белые карточки». Поэтому россияне решили выступать консервативно. Такая стратегия дала отличные результаты - женская сборная еще увеличила отрыв от 2 и 3 места, а мужчины вышли на 8 место, обогнав сборную Новой Зеландии, которая на этом турнире рассматривалась как команда фаворитов. Новозеландцы, к сожалению, потеряли много очков на глубине из-за глупых ошибок, и во время статики Ант Уильямс получил блэкаут. Очень жаль!

Последняя дисциплина – динамика. Наши девушки оторвались от соперниц настолько сильно, что им не было необходимости утруждать себя метрами. «Безопасность», «красота движения» и «юмор» стали их дивизом во время динамического апноэ. Наталья Молчанова, проплыв, 174 метра, позволила подругам по команде сократить их дистанции до 99 метров. Этого было достаточно, чтобы, сохранив отрыв, выйти из двухнедельного марафона победительницами.

В 11. 40 наши девушки стартуют по соседним дорожкам. «Я чувствовала, как замер весь бассейн, как под воду опустились камеры прессы. Я видела на повороте Олю - мы шли с ней почти вровень. Пространство и время развернулись в нашу сторону. Я чувствовала, как мир радовался, как наша команда с улыбкой на лице подходила к своей цели - золотым медалям», - говорит Наталья Авсеенко. «100 метров. Всплываю...Протокол на поверхности. Смотрю на судей. Они улыбаются. Вокруг смех и аплодисменты. Оказывается, мы с Олей одновременно коснулись бортика, одновременно выполнили протокол на поверхности...Белые карточки и золотые медали. Крик радости вырывается у обеих. С бортика нас обнимает Наталья Молчанова. Мы стали чемпионками мира во второй раз!»

Если у девушек борьба за медали выглядела довольно очевидной, то у мужчин все было гораздо драматичнее. Греки, уверенно шедшие на первом месте, получили красную карточку на динамике и вылетели из тройки. Даже подача протеста не смогла вернуть им потерянные позиции. Таким образом, борьба за первое место развернулась между французами и чехами. Между этими командами преимущество составляло всего в 1 очко в пользу чехов до последнего момента. И вот на старте чех и француз - решающий заплыв. Тот, кто пронырнет больше, станет обладателем золотых медалей...Минута до старта. Нервы у всех на пределе...Старт...100 метров, 150...Становится очевидным, что Франция победила. Кристиан Мальдаме проплыл на 15 метров больше своего чешского конкурента Мартина Степанека. 175 метров против 160. Франция победила! Поздравления нашим друзьям! Наши мужчины, к сожалению, из-за неудачной динамики Алексея Молчанова с 8 места сместилась на 11. Но у них все впереди…   Еще динамика стала примечательной благодаря потрясающему мировому рекорду, который был установлен Дэйвом Муллинзом из Новой Зеландии. Теперь рекорд мира составляет 248 (время нырка составило 3.51).   

текст: Наталья Авсеенко

Оглядываясь на DEMA Show 2007

Wed, 15 Oct 2008 18:30:48 +0400

Уже на следующей неделе с 22 по 25 октября выставка DEMA Show 2008 соберёт представителей дайв-индустрии со всего мира. Мы готовимся к участию в этой выставке, предвкушая презентации новинок от компаний-производителей и новые встречи. А пока в типографии печатается номер журнала, в котором наконец статья о схожести и различиях ребризеров Ouroboros и Sentinel, представленного на выставке в прошлом году, предлагаем вашему вниманию статью о выставке DEMA Show 2007.

DEMA SHOW 2007
текст: PG
фото: Денис Голосий

Если вы думаете, что в следующем тексте вы найдете описание выставки DEMA Show 2007, которая прошла в последних числах октября – начале ноября 2007 года, то вы глубоко заблуждаетесь. Это нереально, описать подобное событие в полном объеме практически невозможно, а выделяемый объем статьи слишком мал. Поэтому сделаем по-иному, просто пройдемся по новинкам и продуктам, которые, на наш взгляд, наиболее интересны. Никакого развернутого описания или углубленного исследования не будет, только название и фото, и иногда ссылка, где можно почерпнуть больше информации.

DEMA Show 2007, как и выставка года 2006-го, прошла в городе Орландо (США, Флорида). В отличие от предыдущей она преподнесла два сюрприза: первый – на выставке баланс между туроператорами и снаряжением склонился в пользу оборудования и, по нашему разумению, выставка от этого выиграла в интересности; второй – среди всего представленного снаряжения достаточно значительное место заняло оборудование для технодайвинга, это ярко иллюстрирует тот факт, что подобные погружения теряют статус «героических» и становятся все более популярны. Отсюда перейдем к делу.

Пожалуй, самое большое количество новинок на единицу площади представил концерн Aqua Lung. Женский BCD Pearl i3 помимо всех ультрасовременных технических решений обладает и весьма симпатичным дизайнерским подходом. Это немаловажный факт как для представительниц красивой половины общества, так и для той половины, которая их обожает созерцать. Кстати, новейший регулятор Mikron так же доступен в «цветах» женской линейки. Именно на выставке мы впервые пощупали этот регулятор – впечатления только положительные. Еще одна новинка – инфлятор-регулятор Airsource 3. Это не первая попытка производителей встроить запасную вторую ступень в головку инфлятора, однако в данном случае подход более глобален. Скорее, в первую очередь, это полнофункциональная вторая ступень, а уж во вторую – инфлятор. Соединение с первой ступенью идет без каких-либо байонетов, а напрямую шлангом среднего давления. При этом при транспортировке весь Airsource 3 отстегивается и хранится вместе с регулятором, что предохраняет его от возможных повреждений. На этом же стенде главный инженер компании Technisub представил нам новую разработку итальянских ластоконструкторов – Slingshot. Фото во многом объясняет, в чем отличие этих ласт от обычных – подобный конструктив помимо повышения КПД гребка позволяет еще и регулировать «жесткость» ласты.

Просто гигантский выбор масок можно наблюдать у TUSA, однако наш взгляд привлекла маска с линзоподобными боковыми вставками. По законам физики подобный «наворот» должен позволять видеть за своими ушами! Однако убедиться на практике в этом нам, по понятным причинам, не удалось.

Естественно, что на стенде Suunto наибольшее внимание привлек декомпрессиметр D4, способный удовлетворить как фридайверов, так и простых scuba-homo-aquaticus.

Регуляторы TEK3, установленные на спарки с подвеской и крылом собственного же производства, привлекал на стенды Apeks всех технарей. По поводу этих новинок много копий сломано в Интернете, но мало кто видел их живьем. В очередной раз компания продемонстрировала мастерство своих разработчиков и представила практически полный комплект для технического дайвинга.

Порадовала доступность и простота в использовании подводных цифровых фотокамер. Воистину, прогресс не стоит на месте. К примеру, камеры DC 600 и ReefMaster Mini, обе по 6 мегапикселей, компания Sea Life.

Огромное количество тумана вокруг своего нового продукта напустила компания Waterproof. Манекен, одетый в сухой костюм, простоял два дня выставки накрытый полотном, как статуя перед открытием. На третий покровы были сорваны и взорам предстал мембранный гидрокостюм Aquila, но в силу мегазасекреченности мы так и не смогли посмотреть на него изнутри. Внешне костюм выглядит интересно, сделан из прочного материала, при этом места, подверженные износу, такие как колени, армированы серьезным уплотнением. Костюм имеет уже ставшие «правилом хорошего тона» диагональную водозащитную молнию и телескопический торс. Больше подробностей нет, но надеемся, что поставщики этого костюма смогут в скором времени прояснить все детали.

Немало позабавила новинка компании OMS. Вот уж действительно, новое – это хорошо забытое старое. Возможно, вы не помните, а возможно, даже и не знаете, но первыми компенсаторами плавучести были эдакие надувные спасательные нагрудники, сначала поддуваемые ртом, а после оборудованные специальным маленьким баллоном для этих целей. Их серийное производство впервые наладили французы и имя им было
Fenzy, а на дворе были восьмидесятые. Прошли десятилетия, и на свет выходит компенсатор TACOPS. OMS позиционирует этот продукт для военных, дайверов, обеспечивающих безопасность погружений, и как средство безопасности на надувных лодках. От старого доброго Fenzy компенсатор TACOPS отличает разве что пара пристроченных D-колец, инфлятор и мощная внешняя кордура. Конечно, тот старый девайс отлично себя зарекомендовал, но вот выпуск подобного снаряжения в XXI веке…

Очень симпатичным с точки зрения дизайна оказались еще не представленные на нашем рынке фонари чешского производителя KELDAN. В линейке представлены как HID, так и диодные фонари в различном исполнении.

Огромные по площади стенды занимали производители компрессоров. Но, пожалуй, интересней всех с точки зрения презентации поступила компания Coltri Sub, демонстрируя прямо в выставочном зале малошумность своих производительных компрессоров и забивая баллоны прямо на глазах посетителей.

Ocean Reef показывал всем доспехи инопланетных существ – именно такое первое впечатление сложилось, когда мы рассматривали их полнолицевые маски Neptune. Каково же было наше удивление, когда стало известно название одной из моделей – Predator (англ. хищник. – Прим. ред.).

Очень полезная для наших холодных вод новость: компания Forth Element представила прототип утеплителя SubXero . По заявлению конструкторов эта поддевка выигрывает по теплоизолирующим характеристикам у Thinsulate 400, при этом более практична как с точки зрения носки на поверхности (не продувается ветром, но при этом отводит влагу от тела), так и под водой (более эластична и тепла). Поддева состоит из двух кусков– куртки и штанов типа «long john».

Практичное решение для своих ласт Amphibian придумали в компании Omega Aquatics – ласты складные и не мешают ходить по суше или подниматься по трапу лодки.

Как я написал в начале статьи, огромное количество стендов было посвящено техническому дайвингу. Такого огромного количества моделей и типов ребризеров мы не встречали ни на одной выставке. Такое ощущение, что ребризеры не представили только ленивые. Обсуждать и даже перечислять их все просто нет никакой возможности, поэтому остановимся только на паре. Компания Poseidon представила наследника знаменитого MK5 – свою разработку – замкнутый ребризер с электронным управлением Cislunar Mk.VI Discovery. Также были представлены новые подвески и технические крылья плюс костюм из тонкого компрессионного неопрена с диагональной молнией Flexisuit.

На стенде Delta P помимо знаменитых приборов все могли порассматривать уже ставший популярным Ouroboros и новый Sentinel… Со вторым ребризером вышел казус. Все подходили, смотрели новейшее достижение ребризеростроения снаружи, Kevin Gurr и Phil Short рассказывали о достоинствах, но никто его так и не сфотографировал, даже наши файлы снимков оказались «битыми». Возможно, именно так работает «темная сторона силы», ведь логотипом выбран силуэт князя тьмы из «Звездных войн», который стоит на страже тайн! Стоит ли его описывать? Думаю нет, не здесь, скажу лишь, что в случае отказа этот аппарат переходит с электронного управления в механический режим. Надеюсь, в скором времени мы сможем удовлетворить ваш подогретый интерес и расскажем об этом семействе аппаратов более подробно.

Пожалуй, самый большой рост популярности в нынешнем технодайвинге принадлежит скутерам-буксировщикам. Это и понятно, грести ластами с большим количеством баллонов нелегко и не полезно. Скутеров было представлено много, но, на наш взгляд, одним из наиболее достойных является Silent Submerge. Высокое качество и простота конструкции. При затоплении отсек двигателя остается герметичным. А в версии с никельметаллгидридными аккумуляторами герметичными остаются и сами батареи. Насколько нам стало известно, эти скутера теперь стали доступны в магазине «Декостоп».

Halcyon создал на радость всем, кого раздражает размер классической спины, уменьшенную версию. Думаю, эту новость должны с радостью услышать девушки технодайверы и люди, чей рост ниже среднего.

Абсолютный восторг у всех техногенных людей вызывают дожимные кислородные бустеры Haskell – это действительно произведение инженерного искусства (20). C недавних пор Haskell в России представляет компания «Дайвиндустрия».

Si Tech – многие из нас уже давно по достоинству оценили сухие перчатки на кольцах (21). К сожалению, многие же столкнулись с проблемой разъединения этих колец прямо в воде. Решали проблему по-разному, наиболее распространенный вариант – обмотать соединение армированным скотчем. Теперь в этом нет необходимости, кольца Si Tech соединяются по принципу байонета!

Один из самых крупных дайв-производителей США – Oceanic, как обычно, представил весь спектр оборудования для рекреационного дайвинга. Выбор настолько велик, что обзор всего представленного снаряжения потянет на отдельную статью. Пожалуй, самым интересным объектом на стенде была маска DataMask HUD со встроенным компьютером и новые компьютеры Atom 2 и GEO. Отдельно хочется упомянуть о линейке технического снаряжения Hollis. Как вы можете догадаться, это оборудование носит имя знаменитого Боба Холлиса – создателя и бессменного лидера Oceanic. В прошлом году как дайвер с гигантским опытом он создал отдельную ветвь компании, которая занимается чисто техническим оборудованием. Мы уже видели первые образцы, но в этом году компания сделала очень большой прорыв и представила на рынок новые подвески, сухой костюм, DIR-крылья, фонари и даже скутер.

В заключение хочется лишь посетовать про невозможность описать все увиденное. В реальности мы, наверное, не коснулись даже 5% представленного на выставке снаряжения. Будем ждать, что преподнесет нам DEMA 2008, которая пройдет в Лас-Вегасе с 22 по 25 октября.

Капитан Кусто: мифы и реальность

Mon, 21 May 2007 16:08:56 +0400

Жак Ив Кусто ушел из жизни 25 июня 1997 года. И уже на следующий день средства массовой информации во всем мире активно включились в создание коллективного портрета этого человека. Каждый автор добавлял штришки сообразно своим представлениям о легендарном подводнике. Все они претендуют на достоверное изображение. Если сравни вать эти описания между собой, среди них не найдется и двух похожих. Но удивительно другое: ни одно из них не соот ветствует истинному портрету Капитана Кусто. И этому есть причины.

Нужно раз и навсегда уразуметь: этот незаурядный человек всегда хотел сохранить в тайне большую часть своей жизни вообще и своей работы в частности. Фактически во всех его поступках, публичных или нет, есть две стороны: видимая и скрытая. И если относительно легко восстановить ход его жизни, составить его жизнеописание и представить каталог его открытий и произведений, то, напротив, в большинстве случаев достаточно сложно понять, почему он принял решение участвовать в том или ином предприятии, двигаться именно в выбранном направлении. К тому же задача осложняется тем, что он практически никогда не обсуждал стратегию и тактику своих действий ни с кем, даже с самыми близкими ему людьми. Он был 'паша', 'харизматический лидер', он говорил: 'Мы пойдем туда', и все остальные подчинялись преданно и послушно. Давайте же попробуем разобраться в перипетиях судьбы этого гениального и загадочного человека.

Жак Ив Кусто родился 11 июня 1910 года в Сен-Андре-де-Кюбзак, во французском регионе Бордо. Его отец Даниэль работал личным секретарем у двух американцев. Первый был страховым агентом, второй - предпринимателем. Его мать Элизабет Дюрантон была дочерью местного аптекаря.Из-за служебных обязанностей отца семья много переезжала с места на место и достаточно часто жила в Соединенных Штатах. Жак Ив учился в одном из частных учебных заведений Нью-Йорка.

Когда пришло время вернуться во Францию, Кусто исполнилось 13 лет. Его отец купил кинокамеру, чтобы снимать семейные развлечения, но как только она попала в руки Жака, он стал владеть ей единолично. Это было началом настоящей страсти: Жак создает "настоящие-фильмы", строит декорации, снимает и даже сам проявляет пленку. Вскоре он создаст свое первое общество по производству кинофильмов 'Фильм Зикс, Жак Кусто'.

Учеба, которую он продолжил во Франции, не отмечена особенными успехами. Отечественные методы обучения слишком отличаются от американских. И только в стенах Иезуитского колледжа в Париже он начинает всерьез относиться к занятиям. Тем не менее он получит степень бакалавра в 1930 году - в 20 лет. Он выдерживает вступительные экзамены в Высшую национальную военно-морскую школу и принимается туда с хорошими результатами.

В 1933 году он получает назначение на крейсер 'Примоге', направлявшийся на Ближний Восток. Уже тогда товарищи отметили склонность Кусто к несколько странной манере говорить о себе, как и его стремление к замкнутости и одиночеству.

В 1936 году он просит назначения в военно-морскую авиацию и добивается перевода. И в этом же самом году, увлеченный автомобилями и большими скоростями, он берет спортивную машину своего отца и попадает в аварию. Ее последствия поистине ужасающи для Жака Ива Кусто: множество переломанных ребер, смещение позвонков, пробитое легкое, парализованные руки... Карьера лейтенанта военно-морской авиации Кусто закончена. Лишь его исключительная сила воли, характер борца позволили ему менее чем через год спустя выйти из больницы. Слабым, но стоящим на своих ногах и с обеими действующими руками.

И это было необходимо: он влюблен! Его счастливая избранница - Симона Мелькиор. Ее мать -дочь адмирала Жана Баэма, страстно увлеченного подводными исследованиями, организатора экспедиции в Тунис, в Махдию. Воля случая проявилась в том, что спустя 12 лет Жак Ив Кусто вернется в эти же края на судне для проведения подводных работ.

Он получает назначение на Suffren, а затем на Codercel, приписанные к военно-морской базе в Тулоне.В июле 1937 года морской лейтенант Жак Ив Кусто женится в Париже на Симоне Мелькиор. Разумеется, молодая пара устраивается жить в Тулоне. Симона - очаровательная молодая женщина, примерная офицерская жена. Она обратит на себя внимание всех, кто будет знаком с ней, и особенно тех, кто ступит на борт 'Калипсо', о котором мы расскажем ниже.

... В это же время в Тулоне находится незаурядный человек, морской офицер более высокого звания, чем Жак-Ив Кусто, поэт, гуманист, большой любитель спорта, влюбленный в море. Все время вне службы он посвятил морю. Большую часть свободного времени он проводит на подводной охоте в водах департамента Вар, на юге Франции. Его зовут Филипп Тайе. Его неразлучного друга по подводной охоте зовут Фредерик Дюма, это он станет впоследствии легендарным Диди.

В своей книге 'Свободные погружения' (Plongees sans cables) Филип Тайе довольно беспристрастно, как говорят знающие люди, описал характер Жака Ива Кусто. Они встретились в один прекрасный день 1938 года, и Филипп Тайе стал для Кусто крестным отцом в свободном погружении. Снаряжение в то время было самое простое и ограничивалось парой очков (так называемых Fernez), кстати, очень неудобных.

Жак Ив Кусто потрясен, вся его жизнь перевернулась в этот момент. Он решает всецело посвятить ее проникновению в подводный мир.Филипп Тайе, Жак Ив Кусто и Диди больше не расстаются. Они вместе совершают погружения, пытаются приспособить существующие в то время системы для дыхания под водой. Такие, например, как скафандр капитана Ле Приера.

Тесть Жака Ива Кусто, Анри Мелькиор, работает в компании I Air Luquide в Париже, где как раз изучаются и разрабатываются материалы и оборудование, применяемые для различных видов газов. Его поддержка будет неоценимой для троих Друзей.

Наступает сентябрь 1939 года: война! Жака Ива Кусто назначили канониром на крейсер Duplelx, где он и прослужил до июня 1940 года, даты перемирия между Францией и Германией. Что касается Филиппа Тайе, он служит на эскадренном миноносце Valmy, в то время как Диди - погонщик мулов в Северном Провансе.

На море бездействие, полный штиль, но в начале 1941 года Жак Ив Кусто по приказу правительства Виши участвует в удавшемся налете на итальянское представительство в Сете в целях получения секретных военных шрифтов. За эту операцию его наградили орденом Почетного легиона в 1946 году. Участие Кусто в этой операции состоялось во многом благодаря положению его старшего брата Пьера Антуана, о котором еще будет возможность вспомнить.
Наши 'три мушкетера', как их назовут позже, оказываются в вынужденных отпусках. Что делать?

Жака Ива Кусто никогда не покидала страсть к кино. При помощи одного из друзей. Веша, он мастерит камеру форматом 35 мм, помещает ее в водонепроницаемый бокс, и после нескольких неудачных попыток им наконец удалось сделать съемки морского дна на глубине около 20 м.

После затопления французского флота в Тулоне в ноябре 1942 года наши друзья остаются без своих кораблей и практически без работы. Их сердца разбиты этим апокалипсисом. Они возвращаются к своим подводным увлечениям и занимаются монтажом эпизодов, отснятых ранее. Результатом этой работы стал 18-минутный фильм '18 метров под водой'. Впервые этот фильм представлен публике 10 апреля 1943 года в Париже в Национальном театре Шайо, в рамках показа, организованного тогдашними французскими властями под контролем пропагандистского ведомства оккупационных властей. Не будем забывать, что в то время Франция была полностью оккупирована фашистами.

Жак Ив Кусто представлен как режиссер этого фильма и получает более чем радушный прием, особенно на страницах коллаборационистского издания 'Я повсюду', главным редактором которого является Пьер Антуан Кусто. В результате этого показа и вновь, благодаря помощи старшего брата Жак Ив Кусто получает у оккупационных властей разрешение на льготные условия для съемок, включая разрешение снимать в милитаризованной зоне Средиземноморского побережья. Кроме того, появляется возможность получать кинопленку, строго лимитированную в то время.

Жак Ив Кусто создает свою первую компанию по производству фильмов 'Студия научных фильмов Кусто' в 1942 году, перед тем как организовать 'Объединенные акулы', которая позднее выпустит значительную часть снятых им кинолент. Можно с полной уверенностью сказать, что именно в это самое время и начинается 'Одиссея' капитана Кусто. Проект переживает необыкновенно стремительный взлет благодаря встрече, устроенной при посредничестве тестя Анри Мелькиора, между Жаком Ивом Кусто и Эмилем Ганьяном, инженером из I Air liquide.

Жак Ив излагает свои пожелания в том, что касается снаряжения для обеспечения подачи воздуха при погружениях. Инженер Эмиль Ганьян работал в то время над прототипом редуктора для мотора, работающего на газовой смеси. Он собирает такой аппарат и проводит ряд испытаний на Марне под Парижем в 1943 году. Не слишком удовлетворенный первыми результатами, Эмиль Ганьян модифицирует аппарат, и в июне 1943 года модель, испытанная в море, оказывается превосходной в эксплуатации.

Трое друзей объединились вновь, но в этот раз по настоянию Жака Ива Кусто. Они собираются вновь приступить к съемкам без особых ограничений благодаря достаточному количеству пленки и аусвайсам (пропускам), любезно предоставленным при участии Пьера Антуана Кусто. Отснятые кадры станут основой фильма 'Останки затонувших кораблей'. Среди прочих мест съемки проводились и среди затопленных судов, которые устилали дно тулонского рейда.

После освобождения Франции в 1945-м офицеры Филипп Тайе и Жак Ив Кусто вернулись на морскую службу Конечно, они занялись поиском работы, которая бы соответствовала их профессионализму и технической подготовке в области подводных работ. Им предлагают разработать и осуществить программу по разминированию тулонского рейда. Друзья взялись за это, безусловно, опасное поручение. Они создают на базе военно-морского флота специализированную структуру G.E.R.S. (группа подводных исследований и поиска), которой руководит капитан Тайс. Позже они найдут повод для официального принятия в свои ряды 'погонщика мулов' Дюма.

В 1947 году G.E.R.S. получает свое собственное судно - 'Инженер Эли Монье'. Военно-морское ведомство предоставляет G.E.R.S. средства для проведения работ Жака Ива Кусто. Оно, например, соглашается поддержать возобновление археологических раскопок в Махдии, о которых мы уже упоминали, на глубине более 30 м и в сложных для погружения условиях. Министерство также предлагает продолжить экспериментальные работы по созданию аппарата для глубоководных погружений швейцарского профессора Пикара вблизи Дакара. Этот последний опыт станет неудачей, которая сильно отразится на Кусто, но она же позволит ему извлечь незабываемый урок на будущее.

Повышение в офицерском чине обязывает его сменить занимаемую должность, и такая перспектива его совсем не радует, так как вынуждает оставить подводную деятельность, начатую в рамках G.E.R.S. Тем не менее он является кандидатом сразу на несколько должностей. Одна из них - руководитель новой программы освоения батискафа.

В конце концов он принимает решение просить для себя особый статус, как это будет разрешено в свое время и другому офицеру - Эрику Табарли, чьи подвиги на борту корабля 'Пен Дьюик' известны во всем мире. Просьба Кусто удовлетворена.

Жак Ив Кусто стремится во что бы то ни стало добиться независимости, чтобы делать то, что ему самому хочется без опеки и принуждения. Именно поэтому он также хотел иметь возможность распоряжаться огромным экономическим потенциалом, который имели в то время подводные разработки благодаря 'его' редуктору 'Кусто/Ганьян', поставленному на коммерческое производство фирмой 'Спиротекник', филиалом 'Эр Ликид'.

Позднее контролирующая компания 'Аква Ланг интернэшнл' объединит более 20 совершенно разных фирм, она будет производить и продавать по всему миру оборудование для погружений под различными марками. В настоящее время эта компания обеспечивает торговый оборот порядка миллиарда французских франков, из которых Жак Ив Кусто получает 5 процентов как автор запатентованного изобретения.

Когда мы говорим об отношениях между братьями Кусто, не надо забывать особые условия, в которых жили французы в то время. В рамках бессчетных ограничений, навязанных оккупантами, требовалось найти средство для реализации для своих проектов. Конечно, Жак Ив Кусто был в курсе дел своего брата, и, никоким образом не разделяя его идей, он стремился извлечь максимальную выгоду из родственных связей.

Что касается его деятельности по приказам правительства Виши, надо знать, что большое число военных оставались 'лояльными', иначе говоря, подчинялись официальной власти того времени. Ею, как известно, было правительство маршала Петена в Виши. Однако это не помешало большинству из них примкнуть к движению, которое будет называться "Свободная Франция".

И все же Жак Ив Кусто хочет полной независимости, чтобы попытаться претворить в жизнь свои самые смелые замыслы: быть первым и самым масштабным исследователем подводного мира, создать и довести до совершенства техническое оборудование, которое отвечало бы специфическим требованиям в настоящем и будущем. Он больше не хочет опеки ни сверху - чтобы лично определять цель, ни снизу - чтобы самостоятельно использовать результаты проведенной работы.

Для этого ему необходим свой корабль. Он очарован старым минным тральщиком, принадлежащим Королевским Британским ВМС, который он увидел на Мальте и который носит судьбоносное имя "Калипсо". Но у Кусто нет средств на покупку судна. Меценатом стал известный производитель пива Гинесс, именно он внес большую часть необходимой суммы, в то время как остальные потенциальные вкладчики будут участвовать в расходах: ассоциация "Французские океанографические общества", созданная Жаком Ивом Кусто специально по этому случаю, совершила историческую покупку. Она состоялась в июле 1950 года. Жаку Иву Кусто как раз исполнилось 40 лет.

Переоборудование длится целый год. Самым важным из технических новшеств является устройство под форштевнем, примерно в 2 м ниже ватерлинии. Это - специальная кабина для подводного наблюдения. Она имела форму сферы, в которой были установлены специальные иллюминаторы.

Жак Ив Кусто готов заложить тело и душу, чтобы получить необходимые субсидии для своей первой экспедиции на Красное море. ВМС Франции откомандировывает на борт "Калипсо" двух механиков и одного матроса. Все остальные участники экипажа - добровольцы, как и Симона Кусто, назначенная комиссаром судна. Фредерик Дюма тоже на борту в качестве помощника ответственного за погружения. Вулканолог А. Тазиефф участвует в путешествии также на общественных началах и даже вместе с остальными выполняет необходимые работы на борту, ворча и ругаясь.

А через три месяца, когда экспедиция вернется, на борт "Калипсо" ступит тот, кого назовут легендарным 'Бебером' - Бернар Фалько. Он покинет корабль только в 1996 году, во время его крушения у берегов Гонконга. В этом же году Кусто всерьез заинтересовался историями о черепках амфор и различных предметах, которые часто находят рыбаки, закидывающие свои сети напротив Марселя, в местности Гран-Конглюэ, со стороны Фриульских островов. Получив необходимые сведения, он решает взять в свои руки то, что станет первой и величайшей подводной археологической стройкой. Кусто не закончит ее, оставив эту заботу Иву Жиро, страстному энтузиасту, который с самого начала участвовал во всех работах. На поверхность были подняты более 2000 амфор и других предметов. Некоторые критики говорили, что раскопки проводились безо всякого метода и без специальной подготовки, но эти высказывания, сформулированные позднее титулованными археологами, не принимали во внимание бесчисленные трудности глубоководных погружений в условиях труднодоступной местности, в море, временами довольно суровом. С другой стороны, было необыкновенно трудно обеспечить успешное взаимодействие людей и особенно машин и оборудования, в том числе насосов, откачивающих песок и тину, неудобных и опасных в управлении, тем более что их зачастую использовали на глубине порядка 50 - 60 м.

Жак Ив здесь использует свои, впоследствии отточенные до совершенства гениальные способности в работе со средствами массовой информации: пресса и телевидение во всем мире сообщают о стройке в Гран-Конглюэ; "Нэшнл джиогрэфик" посвящает ему большую статью, которая дает Кусто известность в англоговорящих странах.

И в это же время создается более совершенное оборудование для подводных съемок. Прежде всего благодаря профессору Эджертону, изобретателю электронной вспышки, и гениальному инженеру Лабану, автору камер для съемок. Известнейшие индустриальные фирмы добиваются участия в этом технологическом прорыве и охотно делают капиталовложения.

Тем не менее бурная деятельность сопряжена с большим и расходами, и Жак Ив вынужден обратиться к решению задач ме нее зрелищных, показательных, но более прибыльных. Пришла мода на офшорную нефть, и ее разработчикам срочно требуются подготовленные команды для эффективной деятельности. Начав работы в этой области, Кусто создает французскую компанию подводных исследований "1OFRS" (1 Office Francais de Recherches Sous marines), которая заключает контракты с нефтедобывающими компаниями и позволяет Кусто сделать небольшую передышку перед съемками полнометражного фильма. Замысел картины давно зреет в его голове, она должна носить то же название, что и книга, написанная им вместе с Ф. Дюма в 1953 году, - "Мир тишины", которая имела огромный успех во всем мире, окончательно утвердив известность Жака Ива Кусто.

В это же время он принимает участие в экспериментальных погружениях батискафа "Триест" профессора Пикара. Забыты неудачи 1948 года. Аппарат с успехом погружается на глубину 3200 м с профессором и его сыном на борту Во время этой операции командование ВМС Франции просит его обеспечить проведение подводных съемок. Кусто убежден, что его будущее -в исследовании техники проникновения человека в подводный мир. Опыты с "Преконтинентом" будут проведены, чтобы доказать это.

В 1954 году Жак Ив Кусто отправляется на Красное море и в Индийский океан. На борту 'Калипсо' находится также молодой кинематографист Луи Маль. Кусто приобщает его к погружениям, и молодой человек снимает документальный сериал, который будет с успехом показан миллионам телезрителей. Кусто уже понял, что средство массовой информации будущего - это телевидение, которое приносит изображения в дома скорее, чем потенциальные зрители соберутся пойти в кино. Этот сериал значительно увеличивает его американскую аудиторию. Он был выпущен новым обществом, основанным Жаком Ивом Кусто, "Les Requins Associes".

В начале 1955 года все собрались на борту "Калипсо" для великого отплытия: курс - на Красное море. Начались съемки "Мира тишины", который станет культовым фильмом для всех влюбленных в подводный мир. Красное море, затем Индийский океан, Сейшельские острова с отрывками из Jojo le Merou, затем многочисленные съемки по всему свету в неизвестных в то время местах.

Фильм смонтирован и представлен с необычайным размахом в Париже в феврале 1956 года в театре на Елисейских полях. Приглашены всевозможные знаменитости: присутствуют президент республики, председатели обеих палат парламента, представители конституционных властей, а также послы более 30 стран. Национальные ВМС обеспечили почетный караул под аккомпанемент военно-морских маршей. Триумф фильма невообразимый: публика аплодирует стоя более получаса. Газеты, радио и телевидение в один голос называют фильм произведением века.

Разумеется, фильм отобран для показа на кинофестивале в Канне, где впервые в номинации "документальный фильм" картина получает Золотую пальмовую ветвь. Показанный в Нью-Йорке, фильм получает такой же феноменальный прием. В 1957-м ему присуждают "Оскара". Необходимо отметить редкий факт: на следующий год другой фильм Жака-Ива Кусто "История красной рыбы" получает еще один приз на Каннском фестивале и еще одного "Оскара" в Голливуде. Это подтверждает, что в первом случае успех был не случайным. Жак Ив Кусто сумеет на протяжении всей своей жизни сохранить тот ореол славы, который ему принес "Мир тишины". И также сполна использует все возможности, предоставляемые средствами массовой информации.

В 1957 году принц Монако Ренье предлагает Кусто стать директором знаменитого Океанографического музея княжества. Тот принимает предложение, и это превосходно устраивает обе стороны: государство с выгодой использует кинематографическую известность исследователя Кусто, а Жак Ив может поздравить себя с назначением на научную должность.

На самом деле, он никогда не называл себя ученым, но действовал и вел себя так, как будто был им. Достаточно послушать иные его выступления и комментарии в авторских фильмах, чтобы в этом убедиться. Такое положение вещей несколько раздражало некоторых настоящих ученых. Впрочем, они не имели такого практического подводного опыта, как Кусто.

Нахождение Кусто во главе Океанографического музея мало сказалось на жизнедеятельности уважаемой организации. Жака Ива не часто можно было застать в своем служебном кабинете: он свято соблюдал условие, поставленное при назначении на должность, - сохранять за собой свободу действия во всем, что касалось остальной его деятельности. Так, он предоставит возможность замещать себя Жану Алину, а затем и Филиппу Роу позволяя им решать текущие вопросы, но никогда не передаст полномочий на разрешение принципиальных проблем.

Он оставит свой пост лишь в 1989 году, через 32 года после того, как обосновался в княжестве. Но об этом чуть ниже.
В том же памятном, 1957 году в промежутках между съемками Кусто экспериментирует с первым проектом "ныряющего блюдца", испытывает аппараты на больших (около 2000 м) глубинах.

Через год исследователь принимает ряд предложений по организации для OFRS новых работ, требующих погружений на большие глубины. И прежде всего изучает возможность прокладки нефтепровода. Уже начиная с 1959 года большим подспорьем в реализации подводных проектов становится "ныряющее блюдце".

1960 год принес новые обильные доходы, которые позволили обеспечить финансирование многогранной деятельности подведомственных Кусто компаний, в то время как сам он увлекся одним чрезвычайно амбициозным проектом. Его можно было бы окрестить "Подводные дома".

Здесь самое время вспомнить о детях Жака Ива Кусто. У него два сына. Старший Жан-Мишель в 1960 году становится архитектором. Вскоре он уже выполняет несколько эскизов для своего отца. Младший Филипп, получив степень бакалавра в 1961 году, поступил на военную службу в ВМС Франции, а спустя еще какое-то время - на Высшие кинематографические курсы. Он принимает самое активное участие в исследовательской деятельности отца.

В 1962 году Жак Ив Кусто начинает свой легендарный эксперимент по изучению полноценной жизни под водой. Речь идет об операции "Преконтинент I", в ходе которой два пловца - Альбер Фалько и Клод Уэсли - будут жить неделю в открытом море напротив берегов Марселя в подводном доме на глубине 10 м и работать на глубине 25 м под водой. Результаты работ обнадежили, и в 1963 году была предпринята операция "Преконтинент II" в Красном море, за ней в 1965-м последовала "Преконтинент III"... Пять человек, среди которых "ветераны" первого "Преконтинента", участвуют во втором опыте и шестеро - в третьем. Среди них и Филипп Кусто.

И если совершенно неопровержим тот факт, что эти опыты позволили добиться определенных научных и технических результатов, лучше изучить особенности человеческой психики в условиях закрытого пространства на глубине, то в равной степени они были расценены властями как слишком дорогостоящие. Остановка работ сильно разочаровала Кусто. Тем не менее забегая вперед, скажем, что сегодня подобного рода погружений нет, используются погружаемые капсулы, в последнее время - управляемые роботы. Тем не менее думается, глава о проникновении человека на большие глубины не закрыта.

Еще одним итогом операции "Преконтинент III" стал "Оскар" за фильм "Мир без солнца". Он, конечно, не имел такого же успеха, как "Мир тишины". Некоторые подготовленные критики не преминули попрекнуть создателей фильма за откровенно грубые трюки. Кусто эти справедливые упреки огорчили главным образом потому, что они выбивали из рабочего ритма технический и научный персонал на "Калипсо".

Чтобы совладать с возникшими трудностями, Кусто добивается у французского правительства заключения крупного контракта на "проведение подводных исследовательских работ нового типа". "Аржиронет" - такое имя получил плод воображения инженера Французского института нефти (ФИН) Пьера Вилма. Проект пополам финансируют ФИН и CNEXO. Составив и утвердив первоначальную смету, они передают реализацию "Аржиронета" СЕМА Жака Ива Кусто.

Масштаб задуманных работ огромен. Они рассчитаны более чем на четыре года. Не ошибемся, если скажем, что этот период был для исследователя самым трудным с финансовой точки зрения. Некоторые говорят, что ситуация была скандальной. Но здесь нужно учитывать следующее. Кусто мог многое позволить себе с учетом своей фантастической известности. И если, как считали недоброжелатели, его репутация была слегка подмочена во Франции, то в США она оставалась незапятнанной. В 1972 году капитан покидает родину. В Америке он встретился с младшим сыном Филиппом - владельцем собственной киностудии. Старший Жан-Мишель тоже поехал с отцом. Отныне он ответствен за материально-техническое обеспечение, необходимое для путешествий "Калипсо" по всему свету.

В Соединенных Штатах у Кусто есть "запасной аэродром". Его компания Requins Assoies вот уже в течение пяти лет связана с рядом американских телевизионных программ очень важным контрактом. Во многом именно это обстоятельство сделало лицо Жака Ива Кусто знакомым телезрителям во всем мире. И прежде всего - благодаря телевизионному сериалу "Одиссея капитана Кусто". Он смеется, когда слышит, что стал настоящей телезвездой. Действительно, какое ему дело до критики, исходит она от ученых или от деятелей кино. Победителей не судят. А результат налицо - полновесные доллары. Жак Ив хочет добиться большего. Ему уже недостаточно оставаться только исследователем и документалистом. Он стремится к расширению властных полномочий.

В 1977 году в США под видом некоммерческой организации было организовано "Общество Кусто". Цель - "защита природы и улучшение качества жизни". Президент общества - отец, вице-президентом назначен сын Жан-Мишель. Место базирования штаб-квартиры - Нью-Йорк. Имя Кусто творит чудеса. Взносы текут рекой. Члены общества получают опубликованные произведения "Калипсо Лог" и "Долфин Лог". Продажа товаров на дому осуществляется на американский манер - по почте. Успех мгновенный и огромный. Он подталкивает к со зданию филиалов общества в Норфолке и в Лос-Анджелесе.

В Норфолке "Общество Кусто" хочет построить при помощи муниципальных властей океанографический парк, наподобие того, который Жан-Мишель на пару с отцом пытался создать на Лонг-Бич. Проект закончился полным финансовым провалом, потерей миллионов и миллионов долларов. Но как бы там ни было, вопреки язвительной кампании, развернутой в местной прессе и направленной против проекта, он убеждает власти в своей благонадежности. К несчастью (или, наоборот, к счастью для вкладчиков), по причине смены городских властей этому плану не суждено будет осуществиться.

Здесь нужно сказать, что в 1979 году погиб младший сын Кусто Филипп. Он участвовал в съемках фильмов вместе с отцом, обогащая картины кадрами необычного ракурса, снятыми с гидросамолета "Каталина". 28 июня 1979 года Филипп отправляется в Португалию, в дельту Рио-Тежо, чтобы проверить качество ремонта гидросамолета, проведенного в местных мастерских. Испытания проходят безупречно, но во время приземления на воду, после первого контакта с поверхностью, нос машины внезапно ушел под воду, хвост гидроплана лишь залит водой. Весь экипаж цел и невредим. На борту нет только Филиппа, он объявлен без вести пропавшим. Его тело так никогда и не найдут.

Смерть сына сильно отразилась на капитане. Может показаться странным, но провал плана по созданию парка в Норфолке никак не сказался на популярности Жака Ива Кусто в Соединенных Штатах. Тем не менее в 1981 году он возвращается на родину И основывает здесь "Фонд Кусто" с той же структурой и теми же целями, что и у его старшего "американского брата". И успех почти такой же. Общество, к слову, существует по сей день.

Именно под покровительством этой организации проходят первые испытания судна на принципиально новой, революционной ветряной тяге. Проще говоря, речь идет о турбопаруснике. Общество приобретает старый катамаран и ремонтирует его. Директор морской верфи в Санари становится верным сподвижником Кусто. Тем временем авторы концепции турбопарусника Л. Малавар, Б. Шарье и Жак Ив Кусто принимают решение, что катамаран послужит уменьшенной моделью для корабля "Алсион". Предприятие проходит под управлением морского архитектора Мориса, конструктора парусника "Франсе З", участвовавшего в Кубке Америки, и автора первоначальных переоборудовании на "Калипсо". Малютка получает имя "Ветряная мельница". В конце 1983 года она отправилась в свое первое плавание через Атлантику, где попала в очень сильный шторм, потеряв мачту и парус.

Жак Ив не отчаивается. Он связывается с вкладчиками и возобновляет предприятие с удвоенной энергией. "Алсион" будет готов в 1985 году, весной пересечет Атлантику и произведет фурор своей управляемостью и экономичностью. Однако общий итог все равно будет не в его пользу, так как стоимость эксплуатации корабля превысит цену сэкономленной энергии. В июне 1989 года Кусто возглавляет Французскую академию, почти одновременно оставив свои обязанности директора Океанографического музея в Монако.

В декабре 1990 года внезапно скончалась Симона Кусто, которую все, кто близко знал эту женщину, ласково называли "пастушкой". Ее спокойный нрав, безусловно, повлиял и на характер капитана Кусто. Прах Симоны развеяли над морем у берегов Монако. Кусто женится во второй раз в конце июня 1991 года - на Франсине Триплет, матери Дианы и Пьера-Ива Кусто. Капитану только что исполнилось 80 лет. Возможно, он начинает подводить итоги своей жизни и немного ослабляет контроль за поведением своих соратников.

Сложные связи между многочисленными обществами, основанными Кусто, порою служили соблазнительной приманкой для любителей ловли рыбы в мутной воде. Управлением ряда организаций все настойчивее интересовались налоговые службы. В частности, в США "Общество Кусто" было арестовано за не предоставление счетов, за незаконную вербовку в свои ряды по почте, не предусмотренную законами. Некоторые подразделения общества настолько запутались в отношениях с законом, что их деятельность закончилась конфискацией имущества...

Тем не менее совершенно очевидно, что никто не вправе посягнуть на честное имя самого Кусто. Общеизвестно: чем масштабнее личность, чем грандиознее дело, которым занят человек, тем больше у него не только союзников, но и завистников, недоброжелателей. К тому же, как знаем, не ошибается лишь тот, кто ничего не делает.

... Так что оставим покоиться с миром капитана Кусто вместе с Симоной и Филиппом, а сами продолжим начатое ими дело, чтобы планета стала красивей, а люди лучше.

И. Норман, Е. Крылова

Опубликовано в журнале ОКТОПУС #01(01)1998 и #02(02)1998

Необъятные пещеры...

Sat, 07 Apr 2007 13:26:21 +0400

Отрывок из книги ШЕКА ЭКСЛИ "Caverns Measureless to Man" ("Необъятные пещеры").
Перевод: ДМИТРИЙ МИЛЮТИН.

Фрагмент книги «Caverns Measureless to Man». Sheck Exley, 1994. Публикуется с разрешения издательства CAVE BOOKS.
Шек Эксли – один из наиболее известных пионеров кейв -дайвинга, человек, который во многом определил его развитие. Более 4000 погружений в пе щеры на протяжении более чем 29 лет. Эксли был известен своими глубокими первопрохождениями, а в последние годы своей жизни был активным участником WKPP. Шек Эксли погиб 6 апреля 1994 г. в возрасте 45 лет при попытке совершить рекордное погружение на глубину 1000 футов (305 м) в сеноте Закатон в Мексике. Читая этот отрывок, помните, что на дворе был 1971 год, что такое тримикс, любителям было неведомо, и не стоит «примерять» к себе глубины, которыми оперирует автор. – Прим. переводчика.

...Попытку рекордного погружения назначили на 11 декабря 1971 года. Джим и я прилетели вместе с Рэнди и Биллом девятого, чтобы десятого успеть сделать подготови тельное погружение – своего рода репетицию.

К сожалению, назвать это генеральной репетицией, в костюмах и с декорациями, было нельзя. Для измерения глубины предполагалось использовать стальной трос длиной 600 футов (183 метра – здесь и далее прим. ред.). Но трос прибыл только накануне и все еще лежал в упаковке. Хуже того, кара бины, при помощи которых рекордсмены должны были погружаться вдоль троса, оказались на 1/8 дюйма меньше, чем надо. Так что подготовительное погружение пришлось проводить без него. Те, кто шел на рекорд, во время подготовительного погружения использовали систему безопасности в виде сбрасываемых грузов и в тот день неофициально побили результат Уотсона и Грюнера: Энни погрузилась до 440 футов (134 м), а Арчи и Джим до 450 (137 м). У меня такой системы безопасности не было, и я остановился на 420 футах (128 м).

Однако у Билла и Рэнди были проблемы. Никто из них до этого не ходил глубже 320 футов (98 м), и поэтому они погружались в паре. Дойдя до 360 футов (110 м), Билл полностью потерял сознание. Рэнди быстро схватил бесчувственного дайвера за манифольд и потащил его наверх, к безопасности. Увы, усилия, которые ему пришлось приложить, чтобы вытащить Билла, привели к тому, что он сам отключился. По невероятно счастливому стечению обстоятельств к этому моменту они уже поднялись достаточно, чтобы Билл пришел в себя и смог поднять на поверхность своего спасителя.

Мы все были напуганы подобным поворотом дел. Вечером, во время нашей последней встречи, Арчи настаивал:
– Ни при каких обстоятельствах никто не должен погружаться глубже 300 футов (91 м), кроме Энни, Джима и меня.
– А что, если кто нибудь отключится?
– Просто ждите на 300 футах, пока мы не всплывем.
– Хорошо, а как глубоко вы собираетесь погружаться? – спросил Рэнди.
– Мы собираемся упасть до 480 (146 м), – ответил Арчи. – Так мы не только побьем существующий официальный рекорд, но и снимем все вопросы о том, что Дик Бирч якобы был на 460 (140 м).
– Что будем делать с карабинами, ведь они слишком маленькие для нашего троса?
– Если мы счистим с троса смазку, то они подойдут.

Следующее утро выдалось мрачным. Небо было облачным, а сильный ветер закручивал на волнах белые барашки. Мне было достаточно одного взгляда на море, чтобы забыть про завтрак и принять двойную против рекомендованной дозу марезина. Мой самый лучший регулятор немного травил, и чтобы сберечь воздух, я поставил другой, который подавал воздух с большим сопротивлением. Я понимал, что повышенное сопротивление при дыхании, большая доза таблеток от морской болезни – все это сказывается на моих возможностях нырять глубоко. Но мы договорились с Арчи не ходить глубже 300 футов, а накануне я без особых проблем погрузился на 420.
На борт поднялись три багамских чиновника.
– Они нам нужны как официальные свидетели, – успокоил нас Арчи.
– А репортер? – накануне вечером Ассошиэйтед Пресс прислал своего человека.
Арчи просто пожал плечами. Конечно, с нашей стороны наивно было предполагать, что это погружение пройдет незамеченным. Но в тот момент меня гораздо больше беспокоило психологическое давление, которое возникало в связи с этим. Арчи потратил много времени, сил и денег для того, чтобы мы, чиновники, журналисты собрались вместе ради этого погружения именно в этот день. Отменить погружение и перенести его на другой день было бы очень и очень сложно. Но все наши тренировочные погружения прошли гладко. То, что рекорд Уотсона и Грюнера будет побит, для всех нас было очевидно. Оставался только вопрос, насколько глубже мы сможем погрузиться?

К 11 утра нам удалось по штормящему морю добраться до места над стенкой и бросить якорь. Билл, Рэнди и я вошли в воду первыми. Мы должны были помочь бросить трос, закрепить карабины, систему сбрасываемых грузов, декомпрессионные баллоны. В качестве якоря для заранее промерянного троса мы использовали 300 фунтовый (136 килограммовый) блок автомобильного двигателя. В какой-то момент он застрял на дайв деке корабля, но Рэнди, отличавшийся необыкновенной силой, сумел его освободить. В это время те, кто шли на рекорд, делали упражнения по гипервентиляции. Чтобы замедлить биение сердца и сократить потребление воздуха, они охлаждали лица пакетами со льдом.

Наша команда из шести человек начала погружение в 11:13 утра. Нас сопровождали два подводных фотографа с корабля Эда Фармера – Росс Эллис и Боб Ноулз. Они дошли с нами до края стены на 150 футах (46 м) и там остановились. Пока мы погружались, я обратил внимание, что Арчи, Энни и Джиму было довольно трудно передвигать карабины вниз по тросу. Тем не менее, мы быстро добрались до глубины 300 футов, где Рэнди, Билл и я остались ждать. Трое рекордсменов растворились в синеве под нами, в окружении серебристых пузырей выдыхаемого воздуха.

Чтобы не использовать дополнительные баллоны, которые мы развесили для декомпрессии (они могли понадо биться рекордсменам), я начал экономить воздух и стал задерживать дыхание. Такая техника чревата накоплением в организме большого количества углекислого газа, что ведет к усилению азотного наркоза и способствует кислородному отравлению. В нормальных условиях мы не практикуем задержку дыхания. Но я был уверен, что уже достаточно адаптировался, чтобы выдержать это на глубине 300 футов. Как и в предыдущий день, мой воздух был немного странным на вкус. Билл подозревал, что компрессор гонит масло, но, похоже, не придавал особого значения тому, что наш воздух может быть опасно загрязнен.

Было похоже, что наши друзья задерживаются с подъемом. Некоторые пузыри теперь поднимались вдали от нас – там, где была более глубокая вода. Через девять минут после начала погружения я неожиданно увидел Джима, который всплывал под нами – в облаке пузырей. Он был в горизонтальном положении, но лицом вниз, а тело его было обмякшим. Я поймал его и встряхнул за плечи – никакой реакции. Он смотрел пустыми остановившимися глазами. Очевидно, что он был без сознания. Рэнди схватил Джима за манифольд и потащил наверх, а мы с Биллом стали ждать остальных.

На 230 футах (70 м) Джим пришел в себя настолько, что невнятно смог большим и указательным пальцами показать Рэнди сигнал «ОК». Рэнди отпустил его наверх, а сам вернулся вниз на 300 футов, чтобы помочь нам. С тех пор, как я поймал Джима, прошло 3 минуты, но Арчи и Энни до сих пор не было видно. Несмотря на задержки дыхания, мой запас
воздуха подходил к критической отметке. Арчи и Энни находились глубже и должны были дышать нормально – это значит, что их запас воздуха расходовался гораздо быстрее, чем мой. Похоже, что-то случилось.

Тут я решил нарушить обещание оставаться на 300 футах, которое давал Арчи. Это было непростым решением. Я держу свои обещания и храню в памяти столько подробностей погружений, которые некоторые делали тайком, сколько, на верное, никто другой. Я дал сигнал Биллу и Рэнди ждать меня на 300 футах, а сам опустился немного глубже, чтобы посмотреть, почему возникла задержка. К моему ужасу Рэнди тоже начал погружаться. Было ясно, что он попытается добраться до Арчи и Энни, даже если они находятся на самом дне. Я схватил его за плечо и прокричал: «Не будь идиотом!».

Рэнди оттолкнул меня, просипел что-то невразумительное и пошел дальше вниз. Я посмотрел наверх и увидел, что Билл тоже начал скользить вниз по тросу. Теперь мне надо было думать не только об Арчи и Энни, но и о них. Я быстро погрузился, обогнав Билла. На глубине 360 футов (110 м) Рэнди замедлил свое падение, и я прошел мимо него глубже.

Когда я достиг глубины 400 футов (122 м), то увидел, что Арчи и Энни находятся гораздо глубже меня. Их силуэты отчетливо выделялись на серебристо белом фоне стены. От них шли пузыри, и сперва я подумал, что они поднимаются к поверхности. Взглянув наверх, я увидел Рэнди и, показав на Арчи и Энни, просигналил ему «ОК». Казалось, что Рэнди смотрит прямо на меня, но, странно, – он не отвечал на мои сигналы.

Но главной моей заботой были Арчи и Энни. Присмотревшись, я понял, что они никуда не поднимаются. Я пошел глубже. Начиная с 380 футов (116 м) стена меняла свой рельеф. Теперь она была не строго вертикальной, а образовывала крутой склон под углом примерно 45 градусов. Стальной трос повторял изменение рельефа стены. Значит, теперь мне придется рискнуть и приложить усилия, чтобы пройти на ластах дальше вдоль склона вниз. Но на другой чаше весов были две жизни.

На глубине приблизительно 420 футов (128 м) я смог разглядеть их лучше. Арчи лежал на блоке двигателя лицом вниз и продолжал медленно двигать ногами, как будто он пытался погрузиться еще глубже. Энни была приблизительно в десяти футах слева от него, немного впереди, лицом вниз, без видимого движения. Из их регуляторов все еще шли пузыри выдыхаемого воздуха. Кроме взаимного спасения Билла и Рэнди с глубины 360 футов в предыдущий день, никто и никогда не спасал человека, потерявшего сознание, глубже, чем это сделал Том Маунт – с 340 футов (я спас Дэйна Тернера с глубины 360 футов на острове Гранд Багама два года спустя). На глубине я отдавал себе отчет, что у меня нет шансов спасти хотя бы одного из них, не говоря об обоих. Но я ясно видел их всего в 60 футах (18 м) от себя и я обязан был попробовать. Приблизительно на 440 футах (134 м) у меня начались проблемы со зрением – все, что было дальше 10 футов (3 м) от меня, превратилось в серебристо серые пятна тусклого света и неясные тени. Еще немного глубже и началось туннельное зрение – верный признак кислородного отравления. Я шел глубже, и туннель быстро сужался. Вскоре в нижней границе моего поля зрения, которое сузилось до размера иллюминатора, появилась светящаяся точка, похожая на горящий запальный шнур. От потери сознания или конвульсий меня отделяли секунды. Я полностью открыл вентиль системы поддува на моем компенсаторе и попытался прочитать показания моего глубиномера, чтобы рассчитать необходимые декомпрес сионные остановки, если я до них доживу. В конце туннеля, который я видел, появился глубиномер. Казалось, что он был от меня на расстоянии ярдов, но я четко видел, что он показы ваетглубину 460 футов (140 м). Значит, кончики моих ласт были на глубине 465 футов. До моих друзей оставалось всего 15 20 футов, но это было все равно, что целая миля.

Теперь началась борьба за выживание – успею ли я подняться достаточно высоко, прежде чем потеряю сознание, или у меня начнутся судороги от кислородного отравления. И то и другое означало, что я утону. Я не думал, что мне удастся выкарабкаться. Но, сконцентрировав всю свою волю и внимание, я смог избежать потери сознания. Когда я поднялся до 280 футов (85 м), туннельный эффект прошел, я смогнор мально видеть и больше не думать о смерти от азотного наркоза или кислородного отравления. На глубине около 200 футов (60 м) я замедлил подъем и начал плавать вдоль стены, пытаясь найти трос, дайверов, якорный конец или лодку над собой. Дело в том, что поскольку с 380 футов (116 м) трос уходил вниз под углом, то, всплывая по вертикали с 465 футов (142 м), я оказался далеко от нашей лодки.

Я знал, что Арчи и Энни уже погибли, и боялся, что то же самое произошло с Рэнди и Биллом, а, возможно, и с Джимом. Получалось, что я остался единственным из шести подводников, которые утром отправились на 300 футов, но было похоже, что и мне жить оставалось недолго. В моей спарке из семидесяток (баллоны объемом 70 кубических футов, примерно по 10 литров) оставалось всего 900 psi (около 60 бар) – примерно треть первоначального объема. Очевидно, что этого было недостаточно, чтобы пройти декомпрессию и избежать кессонной болезни после такого погружения. Пока я поднимался, оглядываясь по сторонам, я начал прикидывать варианты: что лучше – утопление или агония от взрывной декомпрессии. Утопление, конечно, было более быстрым и менее болезненным вариантом – об этом мне рассказывал Томми Хокинс после того, как я достал его из Литтл Ривер. Наиболее безболезненным был способ, который выпал Арчи и Энни – потеря сознания на глубине. К сожалению, я исключил эту возможность, совершив чудесный подъем к поверхности. У меня было недостаточно воздуха, чтобы вернуться на ту глубину, где я мог бы потерять сознание.

Неожиданно я почувствовал, как кто-то резко дернул меня за ласту. Акула? Я быстро обернулся, и меня переполнило чувство облечения, когда я увидел Рэнди – он был жив! Он довел меня до троса, и в этот момент я понял, что, возможно, останусь в живых. Конечно, если для моего 15 минутного погружения на 465 футов сработают наши экспериментальные таблицы декомпрессии. Они были рассчитаны на 10 -минутное погружение на 450 футов (137 м).

На 90 футовой (27 метровой) декомпрессионной остановке мы встретили Джима, но Билла Уиггинса так и не было видно. Джим еще пребывал в прострации. Когда он, наконец, начал приходить в себя, то стало очевидным, что он крайне расстроен и подавлен. Теперь те, кто называл его «убийца Локвуд», смогут припомнить ему пятерых напарников, погибших всего за год с небольшим. Или шестерых, если считать Билла. В этот момент команда корабля, на котором страдали от морской болезни шокированные багамские чиновники, начала выбирать трос, готовясь наконец-то идти к берегу.

Эд Фармер провел нас к своей лодке, на которой были оборудованы лини для декомпрессии. Там мы с большой радостью встретили Билла, который мирно проходил свою декомпрессию. На 10 футовой (3 метровой) остановке Джим дал знать о боли, которая, возможно, была симптомом кессонной болезни, но вскоре боль прошла, и он всплыл на поверхность в 1:38 после полудня. Рэнди вышел на поверхность через 15 минут после него, а еще через пару минут после этого всплыл я, как обычно сильно страдая от морской болезни. Хотя я и немного беспокоился, но не обнаружил у себя каких-либо явных симптомов декомпрессионного заболевания. У меня был повод для беспокойства: спустя пару десятков лет современные декомпрессионные таблицы заставили бы меня пройти декомпрессию общим временем 370 минут и начиная с глубины 180 футов (55 м). Я же прошел декомпрессию всего за 162 минуты и начал ее с глубины 110 футов (34 м).

По пути к берегу все были очень мрачными и тихими. Только к ужину мы пришли в себя настолько, что смогли сравнить наши заметки. Несмотря на то, что Джим показал Рэнди сигнал «ОК», он не помнил ничего до того момента, когда Эд Фармер поймал его на 80 футах (24 м) и таким образом спас от кессонной болезни. Во время нашей безнадежной попытки спасти Арчи и Энни, Билл погрузился немного глубже 300 футов и потом вернулся обратно. Он был уверен, что ему предстоит геркулесова задача поймать, по возможности, всех четырех подводников, которые, возможно, будут всплывать без сознания. Рэнди не отвечал на мои сигналы на 400 футах (122м) потому, что на той глубине он уже абсолютно ослеп. Он что-то мне прокричал и, немедленно поддув свой компенсатор, начал подъем.

Что же произошло со сбрасываемыми грузами, которые использовались для безопасности? Джим рассказал, что когда после 380 футов трос начал идти под углом, слишком маленькие карабины практически перестали скользить по тросу. Под давлением того, что погружение необходимо было совершить именно в этот день, троица приняла фатальное решение преждевременно сбросить груз, сдуть компенсаторы и протащить карабины дальше, идя на ластах. Джим сказал, что он начал терять сознание на 400 футах. Он помнит, что прежде чем окончательно отключиться, он полностью открыл вентиль поддува на своем компенсаторе. Наверное, хорошо, что он не смог пойти глубже 400 футов. Если бы он пошел глубже, то, вероятно, он всплывал бы как и я – вдалеке от того места, где мы ждали. Вероятно, я не смог бы его увидеть и поймать. В этом случае он всплыл бы слишком близко к поверхности и умер бы от декомпрессионного заболевания.

У меня были и свои демоны, с которыми надо было бороться. Я так близко подошел к Арчи и Энни, возможно, меньше чем на 20 футов (6 м). А если бы я был лучше готов к этому глубокому погружению? А если бы я не принял слишком большую дозу марезина? А если бы я использовал свой самый лучший регулятор? А если бы я не задерживал дыхание? А если бы мое время на дне было не 15 минут, а только 5? Любой из этих факторов мог бы позволить мне дотянуться и спасти хотя бы одного из них. А если устранить все помехи, то, возможно, я мог бы спасти их обоих. Знать то, что кроме м ня нет никого, кто погружался бы на глубину 465 футов (142м) на сжатом воздухе и остался бы в живых, чтобы об этом рассказать (не говоря уже о том, чтобы кто-то кого-то спасал с такой глубины) было слабым утешением. Все эти вопросы из серии «а если бы...» преследуют меня до сих пор.

На соседнем острове Андрос в экспериментальной лаборатории находился специальный глубоководный аппарат «Алвин». На следующий день он погрузился, чтобы найти тела погибших подводников. За прошедшее время тела скатились вниз по склону, и их удалось найти только на глубине 1000 футов (305 м). Поскольку на «Алвине» не были установлены механические захваты, достать тела с этой глубины было невозможно.

Вскоре после этих событий, Льюис Хольтзендорф, на верное, один из лучших «пещерников» начала семидесятых, спросил меня про это погружение.
– Знаешь, – сказал он попыхивая трубкой, – если принять во внимание обстоятельства, при которых ты погружался, то вероятно, что твое погружение было эквивалентно подготовленному погружению на сжатом воздухе на глубину более 500 футов (152 м). Не хочешь попробовать еще раз и установить для ребят из Книги Гиннесса «официальный» рекорд?

В тот момент я только и смог, что вспомнить про Арчи Форфара и Энни Гундерсон.
– Смеешься? – это было все, что я мог сказать.

Опубликовано в журнале ОКТОПУС #03(45)2006.

Белый катафалк

Fri, 11 Aug 2006 12:44:34 +0400

...Не желая утратить ощущений того своего состояния, того восприятия обстановки, мыслей и чувств, той боли, предлагаю дневниковые записи сентябрьских дней 1986 года без изменений. Так писалось в те тревожные ночи.

...Первые дни сентября. Спешу "Кометой" в Новороссийск, чтобы предложить свои услуги работы водолазом на трагически погибшем пароходе "Адмирал Нахимов".

Смотрю в справочнике: водоизмещение "Адмирала Нахимова" 23360 т, длина 174 м, а ширина корпуса 21 м. На палубе "И" (палубе "А" - Андрей Леонов)расположены каюты "Люкс" и 1-го класса, два плавательных бассейна. На палубе "В" размещаются каюты 1-го и 2-го класса, бар. А в носовой (правильно - в кормовой - А.Л.) части - кинозал на 111 мест. Каюты 2-го класса расположены и в кормовой части палуб "С", "Д", "Е". Верхнюю (шлюпочную) палубу занимают веранды для пассажиров 1-го и 2-го классов, танцевальные площадки (танцевальная площадка была в кормовой части палубы "А" - А.Л.). Ниже, на прогулочной палубе размещены музыкальный и дамский салоны. В судовом ресторане, находящемся на палубе "С", просторно и уютно. На этой же палубе разместилась комфортабельная библиотека-салон (библиотека находилась на прогулочной палубе - А.Л.). На палубе "В" и "С" расположились детская столовая, спальни и специально оборудованная площадка... Всё это было. Теперь этого нет. Есть погибшее судно, лежащее на 47-метровой глубине. Мрачное и печальное зрелище.

...Чистое, нежное, безоблачное утро, море спокойно. На поиск погибших уходят водолазы с восьми специально оборудованных судов. А ещё с двух теплоходов-носителей ушли под воду небольшие подводные лодки на свободный поиск. Они осматривают грунт вокруг белого парохода, громадой лежащего на растерзанном правом борту.

Мы с "Гидробиолога" погрузили на глубину наблюдательную камеру с двумя операторами и тоже работаем в режиме свободного поиска, осматриваем сектор за сектором и, если обнаруживаем погибшего, то под воду уходит водолаз. Все перемещения наблюдательной камеры фиксируем в специальном журнале. Результаты поиска наносятся на карту-схему. Работа напряжённая, тяжёлая, остановка суровая.

На борту "Гидробиолога" собрались настоящие подводники, знающие и работящие. Все тяжело переживают трагедию. Сегодня в разгар солнечного дня недалеко от погибшего судна (в шестидесяти метрах) обнаружили ребёнка лет семи. Светленький, в байковой пижаме...

...17 сентября 1986 года. К концу дня поднято уже 354 погибших.

На рассвете море спокойное. Ближе к Дообскому маяку медленно открывается из-под утренней дымки панорама поисково-спасательных работ. В районе гибели парохода установлены рейдовые бочки, за них ошвартованы десять судов, оснащённых специальными комплексами для обеспечения спуска водолазов. Есть суда большого водоизмещения. Есть суда поменьше - водолазные морские боты (ВМ). Среди них и наш "Гидробиолог".

"Эльбрус", специальное судно-носитель нескольких малых подводных лодок - серой махиной стоит чуть поодаль от места наших погружений.

Здесь же на якоре стоит теплоход "Юность", который используется в качестве гостиницы для отдыха водолазных рабочих вахт. Постоянно работают буксиры. При помощи специальных нефтесборников собирают нефтепродукты, всплывающие с погибшего парохода. Над районами поисковых работ в дневное время барражируют вертолёты. ...В отсеках погибшего судна сильная заиленность, видимость отсутствует. Светильники эффективны только в отсеках левого борта. В отсеках правого борта облако илистой мути не пробивает даже самый мощный световой поток - просто образуется густое молочное облако.

Прямой контакт с погибшим человеком у живого вызывает нервный шок. Тогда на поверхности из громкоговорящих телефонных аппаратов мы слышим крик водолаза.... Снова и снова - крик из глубины тревожит наш сияющий надводный мир.

В таком деле в человеке высвечивается то неведомое, о котором он и не подозревал. Беда раскрывает подлость и доброту, силу и слабость.

...По коридорам к дальним каютам продвигается водолаз. Коридор опрокинутого судна в таком положении стал лазом. Мрак и холод. Деревянная и пластиковая обшивка во многих местах отслоилась.

На пути завалы из дерева, пластика и мебели. Водолаз их разбирает и упорно движется к очередной каюте. Что-то мягкое окутало и обвило. Спокойно! Это ковровая дорожка. Осторожно освобождается от ловушки и продвигается дальше. Вот каюта, которую ещё не осматривали. Дверь закрыта. В ход пущена монтировка - дверь открывается... При движении водолаза в холодном мраке ожила мебель, матрацы. Простыни и одеяла заколыхались, зашевелилась по всей каюте пустая одежда.

Водолаз на мгновение остановился, а потом решительно вошёл в каюту и принялся тщательно её осматривать, вернее -ощупывать.

Неожиданно перед стеклом шлема зашевелилась бледная тонкая кисть руки, а водолаз в это же мгновение наткнулся на полуобнажённое человеческое тело! Он настраивал себя на неожиданность, но когда нашёл - стало жутко, похолодело в груди, дыхание участилось, холод сменился жарой! В этой мёртвой тишине он слышал удары собственного сердца.

Телефон почему-то молчал. Водолаз постарался успокоиться, восстановить ритм дыхания, понимал, что, если собьёт его, то может случиться непоправимое. Он спешил, истекало время нахождения на глубине. Обхватив тело погибшей, развернулся в обратный путь.

Передвигаться стало трудней, всё-таки тело погибшей усложняло передвижение. Он старался защитить её лицо от выступающих предметов, по-человечески выполняя свой долг, а тут ещё шланг-кабель страхующий водолаз почему-то не выбрал, видимо, где-то зацеп. Так и есть, только не зацеп, а завал! С противоположной стороны завала виднелся тусклый свет подводного светильника. Стало легче на сердце - завал разбирает товарищ. Вовремя пришёл на помощь. Отодвигая ящик, водолаз вдруг почувствовал, что какая-то тяжесть обрушилась на спину, на дыхательный аппарат. Она давила, прижимая к переборке, распластав тело. Он напрягся, от усилий обожгло виски и затылок, боль влилась в мышцы. Тут водолаз сделал вдох и почувствовал жгучую горечь во рту и специфический привкус. В горле запершило, подпалило газовой смесью лёгкие. Изнутри рвался и душил кашель, приходилось сдерживать его огромными усилиями. Надо перебороть себя, сдержать. Кашель вырвется из горла - тогда баста, тогда конец, а он хочет жить ...

А где же девушка? В борьбе за жизнь он выпустил тело погибшей.

Теперь водолаз лежал без движений, сохраняя силы, восстанавливал дыхание, переключив дыхательный аппарат на открытую схему дыхания. В то время, когда его придавило, видимо, чёртова железяка пробила кожух аппарата и регенеративный патрон. Туда стала поступать вода, которая вступила в реакцию с химическим веществом. То, чего он остерегался, произошло.

Кашель одолел, но побаливало в груди - это пройдёт. Сейчас он восстановит дыхание. В водолазе росла решимость. Он верил, что вырвется из бездны, да и друзья в беде не оставят. Он стал обыскивать вокруг себя. Где же тело погибшей? Теперь поиск не страшил его. Он должен найти её...

Искал упорно, с каким-то смутным страданием, представив себе измученный непоправимым горем образ своей матери.

...И он вторично нашёл погибшую, вынес к свету. Он ещё там, в каюте понял, что нашёл тело женщины, а теперь в лучах фонаря увидел красивое белое лицо, светло-русые распущенные волосы.

Товарищ напрасно пытался забрать у него тело погибшей, чтобы облегчить ему выход на поверхность...

...В один из дней, работая на глубине, я вёл поиск погибших из наблюдательной камеры. Когда удалялись от затонувшего парохода, то видели чёткие следы трала на илистом песке. Мой напарник заметил:

- У кого возникло такое дикое решение - тралить погибших людей рыболовецкими тралами?.. Мало того, что это бесчеловечно, но и безграмотно. Смотри, какая крупная рябь из донных наносов и углубления на грунте. Погибшего человека течение сносит в донные углубления, а трал срезает только гребни, и мало вероятно, чтобы он затралил тело погибшего, лежащего в углублении, а если и затралит, то так изуродует, что никто не узнает. А какое облако чёрной взвеси поднято тралом? Оно висит непроницаемым покровом вокруг парохода...

И чем глубже я вникал в организацию спасательных работ, тем сильнее испытывал огорчение из-за неудовлетворительного технического водолазного обеспечения и многих ошибочных решений. Не количеством привлечённых служб и разнообразных судов должны определять качество работы в таких сложных ситуациях... Много можно сказать о неудовлетворительной организации поисково-спасательных работ, да нет желания, на душе тяжело. Как подумаю об этой страшной беде, воздуха не хватает.

...Тёплая и спокойная летняя ночь. Белый лайнер, оглушённый музыкой, уверенно движется в сияющих огнях, но... через мгновение превратится в призрак, уйдёт в другие измерения...

И вот уже - изуродованный железный гигант, большой и тёмный, неестественно валится на правый борт, и падают в воду люди, всплески, удары срывающегося и летящего за борт палубного оборудования. Многие не успели отплыть в безопасную зону и были убиты падающими с палуб предметами. Некоторые несчастные, уцепившись за надстройки тонущего судна, боялись от них оторваться - так и ушли... Одни сразу утонули, другие оставались на плаву и мёртвые плавали в жилетах. Иные, казалось, благополучно спаслись на плотиках, но их накрыли мачты, кого-то рангоут и такелаж зацепил за одежду, утащил в холодную глубину.

Смерть везде - на море и под водой, хаос плавающих предметов, огромное жирное нефтяное пятно, с липкой краской, шипящий и булькающий воздух, вырывающийся из отсеков гибнущего колоссального парохода. И среди этого - живые люди, много живых людей, молодых и пожилых, сильных и слабых, женщины, мужчины, дети. Люди в ночном море среди небольших, но крутых волн... Кто-то помогал и поддерживал других, отдавая слабым свои жилеты, уступая место на плотиках, а кто-то смалодушничал. Были рядом трусость и смелость, подлость и благородство. Люди боролись за жизнь каждый по-своему, большинство оставалось людьми, и все с надеждой ждали помощи

В трагическую ночь и ранним утром было спасено 836 человек, из них членов экипажа 277, пассажиров - 559, среди них 5 детей. Из общего числа спасённых госпитализировано с травмами, простудными заболеваниями и сильными нервными потрясениями 29 человек...

Погибло по предварительным данным 398 человек.

Впоследствии выяснились грубейшие нарушения внутренних правил эксплуатации пассажирских судов в морских условиях. Не все члены экипажа были внесены в судовую роль, некоторые из команды ушли в рейс с родственниками, которые тоже не были зарегистрированы. Подобные грубейшие нарушения были и в регистрации туристов, некоторые из них путешествовали по чужим путёвкам, под чужой фамилией.

На самом деле на пароходе находилось 1259 человек туристов, членов команды и их родственников. Погибло 423 человека, поднято погибших 358, не поднято погибших 65 человек...

Страшные цифры трагедии.

На поисковых работах, выполняя свой профессиональный и человеческий долг, погибли два замечательных человека - водолазы мичманы Юрий Владимирович Полищук и Сергей Александрович Шардаков.

Ю.В. Полищук погиб 10 сентября. Его подняли наверх без признаков жизни, более 5 часов врачи пытались вернуть ему жизнь, но спасти Юрия не смогли. С. А. Шардаков погиб 19 сентября. За его жизнь водолазы и врачи вели длительную борьбу, но смерть отняла и этого замечательного человека.

По моему, в гибели молодых ребят-водолазов виноваты прежде всего организаторы спасательных работ...

...Решением Государственной комиссии прекращены спасательные работы на затонувшем пароходе "Адмирал Нахимов". Фактически - без завершения... Что дальше?

Будут ли поднимать судно? Думаю что нет. Судоподъёмные работы с такой глубины не выгодны, да и судно старое. Затраты на разделку металлолома тоже себя не оправдают. Но главная всё-таки не экономическая, а нравственная сторона... Не всех погибших подняли из лабиринтов судна. "Адмирал Нахимов" превратился в огромное братское захоронение. А могилы нельзя тревожить, им нужно поклоняться.

В. Карпичев, участник событий, сентябрь 1986 года.

Опубликовано в журнале ОКТОПУС #05(05)1999.

P.S.: Больше информации о кораблекрушении парохода "Адмирал Нахимов" можно найти здесь.

Последнее погружение Шека Эксли

Thu, 29 Jun 2006 15:41:51 +0400

В карстовых районах Центральной Америки часто встречаются большие колодцеобразные провалы, в большинстве случаев полностью затопленные водой. Их называют «сеноты». В стенах некоторых сенотов есть ниши и пещеры. Когда на территории Мексики начался спелеологический бум, сеноты стали объектами пристального изучения. В 1989 г. Джим Боуден, 47-летний аквалангист и спелеолог, выбрал объектом своих исследований пять расположенных рядом сенотов. Они находились в северной части Мексики, к северо-западу от города Чиуауа.

Андрей Бизюкин, Татьяна Немченко
Фото: Анн Кристович, AMSC Activities Newsletter

Вода в озёрах немного отдавала запахом серы. В остальном они были прекрасны. Великолепная видимость, стены драпированы причудливыми водоролями, свисающими, как сталактиты. Температура около 30 градусов по Цельсию. На глубине в бортах сенотов чернели входы в подводные пещеры.

Поверхность одного из озёр была покрыта плавающими травяными островами. Озеро так и называлось на местный манер – Закатон («трава»). Это был сенот почти круглой формы, 120 м в диаметре. Вертикальные, сложенные слоистыми известняками стены уходили в озеро 20-метровым обрывом. Глубина сенота была 65 м. В стене под водой была пещера, свод которой был хорошо виден. Глубина же казалась значительной. Стали мерить лотом – получилось более 100 м. Нырять на такие глубины никто из группы не умел, поэтому руководитель группы Джим Боуден обратился за поддержкой к Шеку Эксли.

Выбор Джима Боудена был не случайным. Знаменитый аквалангист и спелеолог Шек Эксли, нырнув на глубину 238 м, заявил о себе как о лидере глубоководных спусков в пещеры.

Шек Эксли был личностью легендарной. Нырять он начал ещё в 60-е годы. Когда происходило активное спелеологическое освоение подводных пещер Флориды, Эксли был, что называется, в первых рядах. Он исследовал и составил карты множества пещер. Попутно он установил множество мировых достижений.

Под руководством Эксли была завершено топографическая съёмка длиннейшей в то время в мире подводной пещеры Cathedral Falmouuth. Полная длина подводных ходов в ней составила 10 222 м. Шеек Эксли пронырнул сифоны в Friedman Sink of Manatee на 1 253 м и в Holl in Wall Spring - на 1 380 м. Это были, соответственно, 4-й и 3-й по протяжённости из длиннейших сифонов мира. Позднее Эксли сделал прохождение и самого длинного сифона – 3 300 м.

Шеку Эксли принадлежало множество новаций в области разработки подводного снаряжения и тактических приёмов плавания в подводных пещерах. Пожалуй, наиболее широко он был известен как автор правила «одной трети», предписывающего аквалангисту, как надо планировать расход воздуха. Сформулированное Шеком Эксли в 1968 г., это правило и сейчас в различных вариациях присутствует в любом учебнике по технически сложным погружениям.

Всемирную славу принесла Эксли маленькая книжечка, название которой в русском переводе «Основы безопасного плавания в аквалангом в пещерах. Азбука выживания». Увидевшая свет в 1979 г., она неоднократно переиздавалась и стала классическим учебником для спелеоподводников.

Дело в том, что в пещерах, где, как известно. Условия плавания экстремальны, происходило много несчастных случаев. Как выяснилось, практически каждый из погибших был знаком с техникой безопасного плавания, но, тем не менее. Пренебрегал ею. Эксли размышлял над этой проблемой.

Вот как к нему пришла идея создания особой книги о безопасном плавании. Он писал: «Как-то раз в 1973 г. после заседания секции спелеоподводников NSS в Блумингтоне я мчался по автостраде вна срочную встречу во Флориде. В те времена ограничение на дорогах штата было 70 миль в час. Я ехал со скоростью 70 миль/час, а потом добавил ещё и ещё.В теннесси, когда я притормозил, на глаза мне случайно попался огромный щит, на котором дорожная полиция вывесила фотографии автомобильных аварий и их жертв. Потрясение от увиденного было так велико, что оставшуюся часть пути я проехал со скоростью 50 миль/час. Как водитель я и раньше знал, что ездить с большой скоростью опасно, но никогда не думал об этом до тех пор, пока не увидел ужасные последствия дорожных аварий. Поразмыслив, я решил ехать с более разумной скоростью.

В изданных ранее книгах «Dixie Cavern Kings Cave Diving Manual» (Exley, 1969), «Cave Diving Manual» (Mount, 1972), «Safe Cave Diving» (Mount, Dickens, Exley et al., 1973), авторы рассказывали о методах и приёмах безопасного плавания в пещерах, но особенно не подчёркивали, какими катастрофическими последствиями грозят отступления от них. Почему бы, не воспользоваться идеей дорожной полиции из Теннесси и не показать всю важность техники безопасного плавания на примере несчастных случаев, жертвы которых пренебрегали ею».

Шек Эксли удачно выбрал форму изложения: сначала рассказывался типичный несчастный случай, потом анализировались причины его возникновения, формулировалась и обосновывалась стратегия безопасного поведения. При этом получилось нечто большее, чем нравоучительный «ужастик». Потому что Эксли тщательно проанализировал все несчастные случаи, обобщил и ранжировал причины возникновения аварийных ситуаций и уже на основе всеобъемлющего анализа сформулировал правила безопасного плавания в пещерах. В среде профессионалов эти правила известны сейчас как «Десять заповедей Шека Эксли».

Шек Эксли были известен мировому сообществу спелеоподводников как человек, активно поддерживающий исследовательские проекты в разных уголках Земли. Он работал вместе со знаменитым Йоханом Хазенмайером в Европе, с Карлом Максвеллом в Южной Америке, с Серхио Замбрано и Анжело Сото в Мексике.

Рекорды у Эксли получались сами собой, он никогда не поднимал вокруг них шумихи, просто ему нравилось это делать. И он нырял чаще всего в одиночку. Эксли пришёл к тому, кчему, как правило, приходят исследователи такого масштаба: ни на кого не надеяться и никого не подвергать опасности.

Джим Боуден так писал о своей встрече с Эксли: «Впервые я встретился с Шеком в 1988г. Он делал своё очередное рекордное погружение. Когда я подъехал к источнику, но был ещё подводой. В этой грандиозной прекрасной системе он был совершенно один. Никакой шумихи, сопутствующей событиям и менее значительным…»

Джим Боуден прошёл курс глубинных погружений у Шека Эксли и в 1993 г. вместе со своим учителем вернулся на Закатон. Оказалось. Что в 1989 г. лот лёг на уступ. Измерили глубину более тщательно, и получилось 329 м. Таким образом, получалось, что Закатон – самая глубокая из известных на то время подводных пещер. Эксли и Боуден решили серьёзно заняться таким интересным объектом. Они приступили к тренировкам и намеривались весной 1994 г. увидеть дно Закатона.

***

Открыв очередной выпуск журнала Ассоциации исследователей пещер Мексики (есть такая неформальная организация), мы увидели некролог. Статья Анны Кристович и Джима Боудена соощала подробности о гибели Шека Эксли.

В апреле 1994 Эксли и Боуден встретились на Закатоне. Оба были в хорошей форме. За год они шесть раз приезжали к этому озеру на тренировочные погружения. Джим Боуден, например, сделал более сотни погружений глубже 30, 4 погружения на газовой смеси гелия, кислорода и азота (тримиксе) глубже 180 м и одно погружение на воздухе на 125 м. Шеек Эсли кроме Закатона нырял в течение года и в другие пещеры. В огромной пещере Бушмена (Бушменгаст) на юге Африки он погрузился на тримиксе на 264 м. В пещерах до этого ещё никто не нырял так глубоко. Не обошлось. Правда, без осложнений. При всплытии у Эксли появились первые признаки нервного синдрома высокого давления, но на первой декомпрессионной остановке на 120 м они исчезли.

Несколько дней аквалангисты тренировались на Закатоне. В числе прочих Шек Эксли провёл погружение на 128 м на воздухе.

Два дня оборудовали трассу и развешивали баллоны для декомпрессии. Джим собирался пользоваться воздушно-гелеевой смесью с 6,4-процентным содержанием кислорода (69,5% гелия, 24,1% азота), Шеек – с 6-процентным. Поэтому решили нырять вдоль разных ходовых концов. Ходовики были разнесены на расстояние, исключающее какое-либо соприкосновение или случайный удар при падении.

Декомпрессионные таблицы готовились при помощи компьютерной программы «доктор Икс», разработанной самим Эксли. Глубина и время на дне не была известны заранее, поэтому каждый аквалангист рассчитал для себя таблицы.

6 апреля ясным солнечным днём в присутствии нескольких журналистов, телерепортёров, землевладельца и группы зевак из окрестных деревень аквалангисты зашли в воду.

Джим Боуден писал: «Мы погрузились в соседнем с Закатоном сеноте, проплыли двести метров по подводному тоннелю, соединяющему сеноты, и всплыли уже в Закатоне. Обмениваясь впечатлениями, мы медленно подплыли к началу ходового конца, пожали друг другу руки, разделились и стали готовиться к спуску. В полной тишине мы снова проверили своё снаряжение и сосредоточились на предстоящем погружении.

Когда я полностью был готов, я посмотрел на Шека. Он перехватил мой взгляд и утвердительно кивнул. Я ушёл под воду, завис на трёх метрах минуты на две и затем перешёл на свободное падение.

Я собирался спуститься за одну минуту до ста метров, перейти на воздушно-гелиевую смесь с 10,5% содержанием кислорода, достичь ещё за одну минуту двухсотметровой глубины и тогда уже перейти на смесь с 6,4% кислорода. На отметке 260 м я хотел притормозить. На этой глубине в прошлое своё погружение я почувствовал первые симптомы нервного синдрома высокого давления (правда, тогда я был немного простужен).

Всё шло по плану. На 240 м у меня появился едва ощутимый тремор, но в целом я чувствовал себя очень хорошо. На 270 м до меня вдруг дошло, что давление в моём баллоне уже почти 100 атм. На такой глубине регулятор перестаёт подавать воздух, если давление в баллоне меньше 50 атм. Поэтому я поддул компенсатор, прекратил падение на 278 м, перешёл на новый баллон с воздушно-гелеевой смесью с 10,5-процентным кислородом и поднялся до первой декомпрессионной остановки на 135 м.

Выдышав почти всё, я поднялся к следующему баллону на 105 м. Регулятор на баллоне, к моему ужасу, стал сильно травить. Я перешёл на свой акваланг и попытался исправить поломку. Напрасно. Единственное, что оставалось – это откручивать и закручивать вентиль баллона при каждом вздохе.

Манипуляции с вентилем продолжались 8 минут. На 90 м я взял новый баллон с воздушно-гелиевой смесью с 14% кислорода, немного приспустился и провисел ещё некоторое время. Только теперь я стал приходить в себя после погружения, но предстояла ещё долгая декомпрессия.

На остановке между 90 и 40 м я перешёл на воздух, обогащённый кислородом. С этого места мне хорошо был виден ходовой конец Шека. Аккуратно развешанные баллоны были не тронуты. Я отогнал дурные мысли и решил, что Шек нырнул глубже меня и ещё находится на нижней декомпрессионной остановке.

На 60 м меня осматривала Анна. Ей уже было всё известно, но она ничего не сказала. Когда на 20 м я перешёл на очередную газовую смесь с 50% кислорода, ко мне подплыла Керри и сообщила о гибели Шека. Известие потрясло меня. Все дальнейшие действия я выполнял автоматически.

На 12 м я на 52 минуты перешёл на смесь аргона с 50% кислорода, на 9 метрах – на 61 минуту на воздух, обогащённый до 70% кислородом. Пещерный ход на глубине 6 метров я проплыл на 40% аргон-кислородной смеси и затем стал дышать из полнолицевой маски чистым кислородом. Мы разработали специальную систему, позволяющую через каждые 25 минут преключаться на 5 минут на кислород. Чтобы я не ошибся, в течение всех 4 часов, которые я провёл на глубине от 3 до 6 м, со мной был сопровождающий.»

Декомпрессия Джима Боудена заняла около 10 часов. Выйдя на поверхность, он почувствовал боль в плече. Пока его осматривал доктор, всё прошло само собой.

На следующий день тело Шека Эксли подняли на поверхность. Его отключившийся компьютер неожиданно заработал на берегу. Он показывал максимальную глубину 272 м. Шек умер во время всплытия. Причина гибели так и не была установлена.

В некрологе Боуден писал: «В тот день, когда мы с Шеком выяснили, что Закатон – самая глубокая из известных в мире пещер, Анна и Керри, глядя на нас, сказали, что мы похожи на двух мальчишек, которые откопали самый большой клад на Земле. Одно я знаю точно, когда мы ныряли в этот первозданный источник, мы чувствовали, что живём настоящей жизнью».

Опубликовано в журнале ОКТОПУС #2(8)2000.

Начальная подготовка водолазов-разведчиков сил специальных операции ВМС США

Tue, 04 Apr 2006 18:44:58 +0400

Один из основных компонентов сил специальных операций (ССО) вооруженных сил США — это подразделения части спецопераций военно-морских сил.
Они были созданы в мае 1943 года, и основной задачей нового подразделения была разведка и уничтожение противодесантных заграждений в воде и в полосе прибоя с целью обеспечения подхода к берегу десантно-высадочных средств и проделывания проходов для высаживающихся на берег морских пехотинцев.
В начале 1960 годов появилось и существующее до сих пор название таких подразделений: SEAL (SЕа-Аir-LаnD)', — которое подчеркивало, что новые подразделения должны действовать в трех сферах: на море, на земле и в воздухе.
1В переводе с английского «sеа!» означает тюлень, морской котик. Отсюда за этими подразделениями закрепилось их второе, неофициальное название.

За свою почти 60-летнюю историю в ССО ВМС США накоплен большой практический опыт подготовки спецназовцев как водолазов, и, что особенно важно, разработана и апробирована целая система подготовительных упражнений и нормативов их выполнения. Эти упражнения выполняются на начальном этапе подготовки и преследуют цель — научить новобранцев хорошо плавать вообще и с ластами в частности, не бояться каких-либо неожиданностей, которые могут произойти с водолазом (например, попадания воды в дыхательные пути), оказывать помощь в воде попавшему в беду товарищу, а также продолжать плыть даже при неработающей руке или ноге, например, если ранен.
Подготовка новобранцев проходит в учебном центре командования спецопераций ВМС США им. Ф.Х.Баркли, расположенном на военно-морской базе Коронадо (штат Калифорния). Для прохождения курса начальной подготовки отбираются добровольцы из числа военнослужащих ВМС мужского пола не старше 28 лет. любого звания, но не старше капитан-лейтенанта, имеющих коэффициент умственных способностей не ниже 104, годных по состоянию здоровья к службе в ССО ВМС и не имеющих дисциплинарных взысканий за последние 12 месяцев службы.
Все, изъявившие желание служить в ССО ВМС, проходят собеседование со специалистом по подготовке водолазов ВМС в центре по набору и подготовке, и, если они отвечают вышеперечисленным требованиям, подвергаются проверке по физической подготовке. Она включает:
- плавание на дистанцию 400 м — 12,5 мин;
- отжимание на руках от пола, не менее 42 раз за две мин;
- подтягивание на перекладине, не менее 8 раз:
- кросс на 1,5 мили (2 407 м) — 11,5 мин.
После прохождения отбора кандидаты направляются в учебный центр ССО ВМС. где проходят курс основной подготовки. Он разделен на три этапа.

Первый этап подготовки длится 8 недель. Основная задача этого этапа — подготовить новобранцев (прежде всего физически) к прохождению основного курса подготовки, провести их дополнительное изучение и отобрать среди них тех, кто наиболее полно отвечает предъявляемым требованиям. Основной упор делается на физическую подготовку: плавание, кросс, преодоление полосы препятствий. Изучается также использование и управление надувными резиновыми лодками, основы водолазной подготовки.
По окончании четырех недель обучения курсанты должны выполнять следующие нормативы по плаванию2:
— проплыть 50 м под водой;
— выполнить на зачет специальные подготовительные упражнения в бассейне (о них речь пойдет ниже);
— проплыть 1200 м в бассейне с ласта ми за 45 мин;
— проплыть 1; 1,5 и 2 мили (1 850 м, 2 775 м и 3 700 м) в океане с ластами за 50, 70 и 95 мин, соответственно.
Наибольшей интенсивности подготовка достигает во время пятой или «адской недели»: занятия проходят с максимальной интенсивностью и напряженностью в течение пяти дней, во время которых на сон отводится всего шесть часов. Девизом курсантов в это время становится крылатое выражение: «Самый легкий день был вчера». Именно после пятой недели происходит наибольший отсев курсантов. Иногда происходят и трагические случи. Например, 7 марта 2001 г. во время «адской недели» при выполнении упражнения «тягач» на открытой воде погиб один из курсантов, 28-летний лейтенант ВМС. Суть упражнения заключается в следующем: группа обучаемых выстраивается в воде в колонну по одному и плывет на спине, используя для движения только руки, так как их ноги привязаны к туловищу товарища (за исключением последнего). Одеты курсанты в обычную форму одежды. О напряженности тренировок во время этой недели говорит и тот факт, что за три дня до трагического происшествия в этой группе было 79 человек, которые начали «адскую неделю», а к моменту гибели лейтенанта их оставалось всего 52.
2 Существуют, конечно, и другие нормативы, например, по кроссу, преодолению полосы препятствий, силовые упражнения и т.д., но нас в данном случае интересует только плавание.
По окончании первого этапа курсанты должны выполнять следующие нормативы по плаванию:
- проплыть 2000 м в бассейне без ласт;
- проплыть 1,5 мили (2 775 м) в океа-не ночью с ластами;
- проплыть 2 мили (3 700 м) в океане с ластами за 85 мин.
-
Второй этап подготовки длится 7 недель. Основная задача - прохождение курса водолазной подготовки и совершенствование физической подготовки.
Изучается устройство и правила эксплуатации водолазного снаряжения, организация и проведение спусков под воду. Первоначально изучаются и проводятся практические спуски под воду в аппаратах с открытой схемой дыхания типа Мk XV. Сначала проводятся спуски в бассейне, затем — в море.
Начиная с шестой недели курсанты осваивают аппараты с замкнутой схемой дыхания типа Dгаgег LАR V. Упор делается на плавание под водой на большую дальность, ориентирование под водой, использование водолазного снаряжения как средства доставки к намеченной цели. Этап заканчивается трехсуточными учениями, когда приходится плавать под водой в штормовую погоду или в холодной воде, а также ночью.
По окончании второго этапа курсанты должны выполнять следующие нормативы:
— плавание в открытом океане с ластами на 2 мили — 80 мин;
— плавание в открытом океане с ластами на 3,5 (6 475 м) и 5,5 мили (10 175 м) — без учета времени.
Третий этап подготовки длится 9 недель, и основной упор делается на изучение способов и средств уничтожения объектов, ведения разведки и боевых действий на берегу.
По окончании этого этапа курсанты должны выполнять следующий норматив:
— плавание на 2 мили в открытом океане с ластами — 75 мин.
После прохождения курса основной подготовки курсанты отправляются в Форт Беннинг (штат Джорджия), где в течение трех недель проходят курс воздушно-десантной подготовки. По его окончании они направляются в один из семи отрядов специального назначения ВМС, где проходят шестимесячный испытательный срок. По окончании испытательного срока успешно выдержавшим его присваивается квалификация «водолаз-разведчик» и вручается «трезубец» — отличительный знак ССО ВМС США.

УПРАЖНЕНИЯ НА ВОДЕ НАЧАЛЬНОГО ПЕРИОДА ОБУЧЕНИЯ

Эти упражнения отрабатываются в ходе первого этапа подготовки и преследуют цель подготовить курсантов ко второму этапу, когда они будут проходить основной курс водолазной подготовки. Все упражнения выполняются в бассейне, имеющем разную глубину. Первое упражнение — «плавание в ластах в бассейне» — выполняется в течение всего этапа подготовки.
1. ПЛАВАНИЕ В ЛАСТАХ
Снаряжение: маска, ласты и носки от гидрокостюма.
При выполнении этого и последующих упражнений при плавании в ластах применяется следующий способ плавания: обучаемый плывет на груди, одна рука вытянута вперед и служит направляющей, другой рукой осуществляется гребок. Можно плыть на боку. Ноги в коленях выпрямлены и их движения напоминают известное упражнение ногами «ножницы». Вдох осуществляется так же, как и при плавании кролем, но голова поворачивается только в одну сторону. Туловище обучаемого может быть немного наклонено набок, но не должно походить на плавание на спине.
Старт производится из воды по команде инструктора. При выполнении упражнения категорически запрещается выполнять гребки двумя руками и работать ногами так, как принято в стиле баттерфляй. Инструктор указывает дистанцию, которую необходимо проплыть, и контрольное время. В ходе выполнения инструктор может давать команду на ускорение на определенную дистанцию или время. По этой команде обучаемый должен плыть с максимальной скоростью.
По окончании каждой недели обучения производится контрольный заплыв, во время которого обучаемые должны выполнить следующие нормативы:

Неделя Дистанция плавания, м Контрольный норматив, мин
1 1000 20
2иЗ 1500 30
4 2000 40
5 2500 50
6 3000 60
7 3500 70
8 4000 80
Цель последующих упражнений — подготовить обучаемых к возникновению различных нештатных ситуаций под водой, научить действовать спокойно и хладнокровно в стрессовых ситуациях, увеличить время задержки дыхания под водой.
2. «ТОНУЩИЙ»
Эту группу из четырех самостоятельных упражнений начинают отрабатывать на четвертой неделе обучения.
Снаряжение: маска, два обрезка веревки или две пары пластиковых наручников. Руки и ноги обучаемого должны быть связаны (руки связываются за спиной). Обучаемый находится на бортике у глубокой части бассейна.
Первое упражнение — «попрыгунчик». По команде инструктора обучаемый прыгает в бассейн. Достигнув дна, он сжимает колени, отталкивается от дна и всплывает. Достигнув поверхности, делает вдох и повторяет всю процедуру сначала. Необходимо выполнить заданное количество погружений или выполнять это уп ражнение в течение определенного времени.
Второе упражнение — «поплавок». Обучаемый находится в воде. Вдыхает как можно больше воздуха, поджимает подбородок к груди, наклоняется вперед, опускает голову в воду и расслабляется. Вдох делается по мере необходимости. Задача — оставаться на поверхности в пределах площадки 4x4 м, не касаясь дна или стенок бассейна.
Третье упражнение — «бабочка». По команде инструктора обучаемый прыгает в воду и должен проплыть 100 м стилем баттерфляй, не касаясь дна или стенок бассейна.
Четвертое упражнение — «спасение маски». По команде инструктора обучаемый прыгает в воду и выполняет пять «попрыгунчиков», после чего выполняет сальто вперед в воде и еще пять «попрыгунчиков» и сальто назад. Затем помощник инструктора срывает с него маску и бросает на дно бассейна. Обучаемый должен нырнуть, достать маску зубами, всплыть и выполнить еще пять «попрыгунчиков» не выпуская маски. После того, как каждое упражнение изучено в отдельности, приступают к выполнению комплекса из этих упражнений, последовательно добавляя к первому последующие упражнения. Особое внимание при разучивании упражнений уделяется мерам безопасности. Сначала упражнение выполняется без связывания рук и ног, но обучаемый старается все делать так, как будто они связаны. Затем связывают сначала ноги, потом руки и ноги.
Обучаемые должны выполнять следующие нормативы при выполнении группы упражнений «тонущий» (без остановки выполняется два-четыре упражнения):
— во время четвертой недели выполнять упражнение «попрыгунчик» в течение 5 мин и «поплавок» — 2 мин;
— во время шестой недели: «попрыгунчик» — 5 мин, «поплавок» — 2 мин,«бабочка» — 100 м;
— во время седьмой и восьмой все четыре упражнения с вышеуказанными нормативами.
3. ОДЕВАНИЕ МАСКИ И ТРУБКИ ПОД ВОДОЙ
Снаряжение: маска, трубка, шорты, носки от гидрокостюма.
Обучаемый находится в воде у бортика бассейна. Инструктор помещает на дно бассейна на удалении от обучаемого (см. таблицу нормативов) трубку с маской. По команде обучаемый должен нырнуть и доплыть под водой до своего снаряжения и надеть его в следующей последовательности: сначала, зажав трубку ногами, одевается маска, после чего из нее удаляется вода; затем трубка и обучаемый начинает всплытие, вытянув левую руку вверх со сжатым кулаком; всплыв, он удаляет воду из трубки, подает сигнал инструктору и показывает ему, что вода из маски удалена (разрешается оставить небольшое количество воды, но так, чтобы она доходила не выше кончика носа) и он дышит через трубку. Ошибкой считается, если обучаемый начинает всплытие, не удалив воду из маски.
4. СОВМЕСТНОЕ ДЫХАНИЕ Снаряжение: маска на каждого, трубка — одна на пару, носки от гидрокостюма.
Упражнение выполняется в парах на глубокой части бассейна. По команде инструктора пара обучаемых поворачивается друг к другу лицом и они начинают удерживаться возле поверхности воды, осуществляя дыхание только через трубку, поочередно передавая ее под водой друг другу. Одной рукой обучаемые контролируют своего партнера, а другой передают трубку. Каждый обучаемый должен стараться делать не более одного вдоха из трубки и передать ее напарнику. Инструктор может сделать не более одного предупреждения за невыполнение условий упражнения. При повторном нарушении обучаемый удаляется из воды и упражнение не засчитывается.
Для усложнения условий упражнения инструктор может приблизиться к паре обучаемых в воде и произвести следующие действия:
— выхватить трубку (не надо позволять
ему делать это);
— снять маску с обучаемого;
- попытаться разъединить партнеров (не надо позволять ему делать это);
— закрыть трубку рукой;
— плеснуть воду в трубку;
— погрузить обучаемых под воду и произвести другие действия.
Необходимо выполнять упражнение в течение установленного периода времени.
5. УДЕРЖАНИЕ НАД ВОДОЙ
Снаряжение: футболка, носки от гид-
рокостюма.
Упражнение начинается на мелкой части бассейна. По команде инструктора обучаемые начинают движение по дну бассейна в сторону его глубокой части. Задача: ладони рук и голова должны удерживаться над водой в течение контрольного времени.
6. ПЛАВАНИЕ С ГРУЗОМ
Снаряжение: маска, ласты, пояс с грузами (вес пояса постепенно увеличивается, см. таблицу с нормативами), носки от гидрокостюма.

По команде инструктора обучаемый стартует из воды двигаясь от мелкой части бассейна в глубокую. Плавание осуществляется на боку, вытянув одну руку вперед. Не разрешается переворачиваться на другой бок, плыть на спине и касаться любыми частями тела стенки или дна бассейна. Рукой, которая не выполняет гребок, допускается поддержание головы для производства вдоха.
Упражнение выполняется на время.
7. ВЯЗАНИЕ УЗЛОВ ПОД ВОДОЙ
Упражнение проводится на 6-8-й неделе обучения
Снаряжение: два отрезка веревки на каждого, носки от гидрокостюма.
На дно глубокой части бассейна укладывается длинная веревка с грузами, удерживающими ее от всплытия. Концы этой веревки закрепляются на стенке бассейна, чтобы ее можно было поднимать для контроля выполнения задания и опять опускать на дно. У обучаемого, находящегося на поверхности воды над проложенной на дне длинной веревкой, имеются две короткие веревки: одна в руке, другая — за поясом плавок. Инструктор объявляет, какой узел необходимо завязать, и по его команде обучаемые ныряют на дно и завязывают на длинной веревке требуемый узел так, чтобы концы узла были не короче 10 см и не длинее 20 см. После выполнения задания инструктор поднимает длинную веревку и проверяет правильность выполнения задания.
Необходимо правильно завязать определенное количество узлов за один спуск.
8. СНЯТЬ И ОДЕТЬ СНАРЯЖЕНИЕ ПОД ВОДОЙ
Упражнение выполняется на 6-8-й неделе обучения
Снаряжение: маска, ласты, носки от гидрокостюма, пояс с грузами.
Обучаемые находятся на мелкой части бассейна в воде. По команде инструктора они начинают плыть на его глубокую часть. Достигнув глубокой части, они выполняют удержание на воде, как и в упражнении №5. По команде инструктора обучаемые погружаются на дно, снимают и укладывают на дно бассейна свое снаряжение в следующей последовательности: снимаются ласты и укладываются одна на другую лопастями в сторону мелкой части, затем маска и сверху все накрывается поясом с грузами. После этого обучаемый всплывает с поднятой вверх рукой со сжатым кулаком. После всплытия он подает знак «все в порядке» инструктору и выполняет удержание на месте. Затем по команде обучаемые погружаются к своему снаряжению и одевают его в следующей последовательности: пояс с грузами, ласты, маска. Затем осуществляют всплытие и, подав сигнал инструктору, плывут в исходное положение на мелкую часть бассейна, удерживая голову над водой (маска при одевании должна быть освобождена от воды). При этом обучаемым запрещается поправлять свое снаряжение. Доплыв до бортика, обучаемые поднимаются на него и ожидают инструктора, положив руки на колени. Инструктор должен проверить правильность одевания снаряжения.
Упражнение считается выполненным правильно, если обучаемый снял и одел снаряжение за один спуск; маска после одевания освобождена от воды; пояс с грузами надет так, чтобы его легко можно было снять, он не должен быть перекручен; ласты полностью одеты на ступню, крепежный ремешок не перекручен.
3 При выполнении этого упражнения на 4-й и 5-й неделе инструктор оказывает умеренное воздействие на обучаемых, на 6-й и 7-й — среднее, а на 8-й — полное, т.е. выполняет те действия, примерный вариант которых дан в описании упражнения.

КОНТРОЛЬНЫЕ НОРМАТИВЫ ДЛЯ ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫХ УПРАЖНЕНИЙ
Сначала обучаемые разучивают упражнение по отдельным элементам, затем выполняют его полностью, после чего выполняют его с выполнением удержания на воде перед погружением для снятия снаряжения в течение контрольного отрезка времени (время удержания на воде — см. табл. нормативов).

Неделя Наименование упражнения
Одевание маски и трубки под водой Совместное дыхание3 «Тонущий» Удержание над водой Плавание с грузом, мин/вес Вязание узлов подводой Снять и одеть снаряжение под водой
4 10м 5 мин Зачет 30 сек -/3,6 кг - -
5 15м 7 мин Зачет 45 сек 4 м/7,25 - -
6 20м 2 мин Зачет 1 мин -//- 1 15 сек
7 25м 7 мин Зачет 1 мин 30 сек 5 м/ 7,25 2 30 сек
8 30м 1 мин 30 сек Зачет 2 мин 6 м/ 7,25 3 45 сек

По мнению командования ССО ВМС США такие упражнения способствуют тому, что в итоге оно получает хорошо подготовленных водолазов-разведчиков, которые действительно оправдывают свое второе, неофициальное название -«тюлени», которые, как известно с водой на «ты».

Несомненно, что если не все. то многие из вышеописанных упражнений, хотя и без таких жестких нормативов, могут использоваться инструкторами подводного плавания в России при обучении новичков.

Сергей Прокофьев.

"Октопус Про" #4-2001.

НЕИЗВЕСТНАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ

Thu, 29 Dec 2005 04:21:51 +0300

Подводные Гималаи – словосочетание, с первого взгляда кажущееся абсурдом, стало обретать совершенно реальные очертания и конкретный смысл в 1999 году, когда Андрей Андрюшин (инструктор подводного плавания NAUI # 35685), путешествовал по Непалу в окрестностях Анапурны, одного из восьмитысячников планеты, со своим другом и единомышленником Денисом Бакиным.
текст: АНДРЕЙ БИЗЮКИН
фото: МАКСИМ ГРЕСЬКО
На одном из перевалов Андрей узнал у проводника-шерпа, что недалеко от их маршрута находится озеро Тиличо – самое высокогорное озеро мира. Как было выяснено, озеро расположено на высоте (по разным источникам) от 4960 до 5200 метров над уровнем моря и имеет размеры четыре километра длиной и полтора километра шириной. Поиски в Интернете, а затем опрос местных жителей и проводников подтвердил, что до этого никто не совершал погружения в этом озере.
Как всегда у энергичных людей от идеи до реализации – один шаг, поэтому Андрей по возвращению в Москву предложил президенту клуба «Спрут» Вадиму Беленикину идею – совершить самое высокогорное в мире погружение. Он горячо поддержал эту идею, и вокруг проекта стала формироваться группа единомышленников: Денис Бакин, Вадим Беленикин, Максим Гресько, Павел Русланов, Геннадий Слободанюк, Дмитрий Фридман и Светлана Чистякова. Результатом переписки с представительством Книги рекордов Гиннесса стал отказ в регистрации рекорда по той причине, что их представитель не принял участия в проекте. Отсутствие спонсоров и большая стоимость экспедиционных затрат также не охладили энтузиазм и стремление установить новый мировой дайверский рекорд. Было принято решение организовать экспедицию за собственный счет. Логистику экспедиции взял на себя Гималайский клуб при непосредственном участии в экспедиции президента Гималайского клуба Сергея Вертелова. Предстояло решить сложную задачу по доставке более полутонны снаряжения, включая компрессор и членов экспедиции в труднодоступный район Непала на высоту примерно равную вершине Эльбруса. Другая проблема заключалась в отсутствии проверенных методик по расчету времени и глубины погружений на такой высоте, а также в невозможности экстренной эвакуации и отсутствии барокамер в Непале и в соседних странах. Атмосферное давление на высоте Тиличо составляет около 0,5 атм., что значительно ниже, чем в кабине любого самолета, в котором (как известно любому дайверу) нельзя появляться сразу после погружения. После ориентировочных расчетов была выбрана максимальная глубина погружения 25 метров с экспозицией в 1 минуту.
Рейс до Катманду, затем перелет на местном «кукурузнике» до одного из самых высокогорных грунтовых аэродромов в мире недалеко от маленькой деревушки Мананг (3550 м), двухдневная адаптация, тренировочное погружение в местном озере и благословение местного ламы были прелюдией к тяжелому двухдневному восхождению к Тиличо.
23 сентября 2000 года экспедиция достигла озера, которое поразило своей первозданной красотой и величием. На абсолютно бирюзовой поверхности озера плавали, искрясь в лучах холодного солнца, ослепительные льдины, попадавшие в озеро с лавинами, которые несколько раз в сутки сходили с западной стороны, где находится огромный ледник. Лагерь был разбит на противоположном берегу озера. Высота по GPS у поверхности воды – 5000 метров.
Почти у всей команды из-за недостаточной акклиматизации на такой высоте проявились признаки горной болезни, головная боль и тошнота, но тем не менее было принято решение начать запланированные погружения на следующий же день. Солнечная погода днем сменилась ночью на снег и –10С. Утром с помощью надувной лодки провели замеры глубин. Были получены результаты, что небольшой участок мелководья рядом с лагерем сменяется отвесными подводными скалами и глубиной значительно более 75 метров (предел измерений для имеющегося эхолота), также были замечены странные образования на глубине около 50 метров, по внешнему виду похожие на водоросли.
Компрессор Coltry Sub с трудом наполнил баллоны воздухом до 100 атмосфер. Погода вновь начала портиться, поэтому погрузились прямо у лагеря на отмели с глубинами до 10 метров. Это погружение и последующая ночь совершенно измотали команду. Ночевка была холодной, сильный ветер со снегом сорвал две палатки.
Утром Андрей Андрюшин решает достичь поставленной цели и 25 сентября 2000 года вместе с Денисом Бакиным, Максимом Гресько и шерпами, нагруженными снаряжением, уходит на север озера, туда, где профиль дна и подход к воде позволяют сделать рекордное погружение. Любые движения на такой высоте вызывают очень сильную одышку, человек начинает задыхаться и долго не может восстановить нормальное дыхание. В двух километрах к северу от лагеря они выбрали место, удобное для входа в воду. Друзья помогли Андрею одеться, и он начал свое погружение. «Я погружался вдоль каменистого склона. Под водой было достаточно темно. Видимость была максимум один метр. Температура воды на поверхности была плюс шесть градусов по Цельсию. Мой компьютер переключился в режим «дайва» на глубине примерно 5 метров. В этом момент он показал значение глубины, равное нулю» – рассказывает Андрей Андрюшин. «Я погрузился до глубины в 21 метр, по показаниям компьютера. Внизу температура воды была три градуса. Наклонное каменистое дно продолжало спускаться вниз в глубину, но я развернулся и также вдоль склона начал подниматься к поверхности воды. Важно было вернуться к берегу озера именно под водой, потому что плыть по поверхности примерно на высоте вершины Эльбруса в снаряжении – нечеловеческая нагрузка. Все мое погружение длилось порядка 10-15 минут и не принесло никаких неожиданностей. После погружения кроме ощущения достижения желанной цели я ощутил прилив сил, видимо связанный с дыханием воздухом при повышенном давлении и как следствие – с повышенным парциальным давлением кислорода. Никакой живности под водой мне обнаружить не удалось, но это не было неожиданностью. Главное мы сделали – выше погрузиться уже нельзя». В тот же день решено было возвращаться – основная цель экспедиции была достигнута.

Команда российских дайверов установила абсолютный рекорд высокогорных погружений. Они первые, кто смог погрузиться в самом высокогорном озере планеты. Конечно, здесь было немного надежды на знаменитое русское «авось», но удача сопутствует отважным!
– Хотелось бы вам спустя столько лет повторить это рекордное погружение? – спросили мы у Андрея Андрюшина.
– Сейчас, кажется, что хочется, но там, в Гималаях,это было неимоверно тяжело. Видимо, быстро человек забывает все прошлые трудности и вспоминает только хорошее – замечательную команду и необыкновенный восторг от красоты и величия чудесного озера.

Опубликовано в журнале ОКТОПУС #05(35)2004

Водная рекомпрессия

Tue, 27 Dec 2005 15:47:33 +0300

Один из самых спорных моментов в технических погружениях — возможность проведения водной рекомпрессии. Именно этому вопросу и посвящена статья доктора Энн Кристович – одного из ведущих спелеоподводников Америки. Хотелось бы отметить, что все, изложенное ниже, не является рекомендацией к действию или официальным советом редакции журнала «Октопус».

текст: ЭНН КРИСТОВИЧ
перевод: КИРИЛЛ «CELT» ЕГОРОВ
фото из архива автора

На протяжении всей истории подводных погружений появлялись люди, мечтавшие совершать погружения на пределе физических и физиологических возможностей, в местах исключительно удаленных от цивилизации. С развитием компьютеров, рассчитывающих погружения с использованием воздуха, найтрокса и других газовых смесей и возникновением нового специального снаряжения, технические дайверы постоянно расширяют пределы возможного, ныряя глубже, увеличивая времена погружений и используя специальные газовые смеси. Как правило, такие погружения осуществляются на изрядном удалении от места, где может быть оказана специальная медицинская помощь. В связи с постоянно растущим потреблением пищевых и энергетических ресурсов коммерческим водолазам, ученым и исследователям приходится работать в море, вдалеке от берега, в водах, все еще богатых ресурсами. И для всех, кого деятельность забросила в точки планеты, находящиеся на расстоянии часов или даже дней от места, где им может быть оказана помощь, традиционный метод лечения декомпрессионной болезни (рекомпрессия в барокамере с использованием 100% кислорода) становится почти или даже полностью нереальным.

Декомпрессионная болезнь (ДКБ) — спецзаболевание, присущее в том числе спортивным спускам под воду, сложный, динамичный и непредсказуемый процесс, характеризующийся образованием пузырьков инертного газа в тканях при резком уменьшении внешнего давления. Удачное лечение ДКБ зависит от создания оптимального градиента и восстановления кровообращения в тканях за счет уменьшения размера пузырьков инертных газов, а также профилактики или устранения воспалительных процессов, зачастую появляющихся при возникновении ДКБ. Поэтому уже первые проявления ДКБ требуют немедленного лечения или рекомпрессии.

При нахождении в удаленных местах необходимо оказывать медицинскую помощь методами, которые и рассматриваются в данной статье (только в том случае, если у вас имеется должная подготовка! — Прим. редакции).
При возникновении гипоксии (кислородного голодания тканей вследствие недостаточного кровообращения) некоторые из тканей организма по прошествии всего 10 минут будут необратимо повреждены. Несомненно, в ситуации, когда до ближайшей барокамеры необходимо добираться несколько часов, вполне приемлемым методом лечения может оказаться и оказывается водная рекомпрессия (ВР).

Успешная водная рекомпрессия обеспечивается подготовкой и наличием
плана, который может быть быстро и надежно приведен в исполнение. Необходимо, чтобы были оговорены план лечения ДКБ, способы коммуникаций и каждый
член команды был бы готов оказать помощь при возникновении чрезвычайной ситуации.

Базовые требования к проведению рекомпрессии включают в себя:
1 — наличие больших запасов кислорода;
2 — полнолицевой маски для пострадавшего;
3 — водолаза обеспечения;
4 — размеченного и нагруженного ходового конца;
5 — средств коммуникации.

Рекомендованные методы проведения ВР немного отличаются друг от друга, но в целом включают в себя спуск на определенную глубину, как правило, 10 метров, нахождение там на протяжении некоторого времени, зависящего от симптомов, и очень медленный подъем на поверхность.

Необходимым моментом при проведении ВР является использование именно 100% кислорода. Воздух и найтрокс лишь увеличивают количество азота, растворенного в тканях, и в лучшем случае замедляют скорость выхода инертных газов из тканей. Именно использование 100% кислорода обеспечивает самый оптимальный вывод инертных газов из тканей. В некоторых случаях все симптомы ДКБ исчезали даже после дыхания 100% кислородом на поверхности. В связи с этим для повышения безопасности необходимо обеспечить пострадавшему дыхание чистым кислородом на поверхности в течение 10 минут, и лишь после этого, в случае отсутствия положительного эффекта, можно переходить к водной рекомпрессии. Использование чистого кислорода для дыхания на поверхности после погружения оказывает положительный эффект, и при последующем лечении в барокамере все симптомы ДКБ устраняются раньше и легче.

Возникновение ДКБ зачастую сопровождается обезвоживанием. В некоторых случаях оно исключительно серьезно. Обильное питьё и внутривенные инъекции необходимы для борьбы с обезвоживанием. Интенсивное обезвоживание может стать одной из причин возникновения гидрошока. В связи с потерей жидкости увеличивается плотность крови, что приводит к снижению интенсивности тока крови. В ходе лабораторных тестов было выяснено, что в подобных случаях наблюдаются разрушения стенок сосудов и потеря плазмы крови. Интенсивное потребление жидкости увеличивает внутренний объем сосудов, стабилизирует кровяное давление, улучшает микроциркуляцию и оптимизирует процесс вывода инертных газов из тканей.

Для успешной и эффективной гидратации рекомендуется использовать сбалансированные водно-солевые растворы. При этом необходимо избегать внутривенных инъекций глюкозы, которые могут привести к усилению окислительных процессов в сосудах, что, в свою очередь, мешает борьбе с симптомами кислородного поражения центральной нервной системы. Подводники нашей команды (Proyecto de Buceo Espeleogico Mexico y America Central) следуют протоколу подготовки и проведения погружений, который, с момента его введения, позволил нам полностью избежать несчастных случаев, связанных с ДКБ. Методика, описанная в протоколе, включает в себя как обязательную подготовку перед погружением, так и процедуры, необходимые после завершения погружения. Подводники, планирующие длительное, трудное, глубокое погружение, за которым следует продолжительная декомпрессия, должны начинать процесс гидратации (наполнения организма избыточной жидкостью), как минимум за сутки до начала погружения.

Существует расчет, что человеку весом 70 кг для нормального функционирования при температуре окружающей среды 21OС необходимо 2,5 литра воды. Несомненно, как только в уравнение добавляются такие факторы, как физическая усталость или высокая или низкая температура окружающей среды, возрастает необходимый объем воды. К этому можно добавить уникальную проблему мочеиспускания под водой. Наши наблюдения показывают, что, несмотря на то, что можно пить и под водой, хотя это довольно трудно, после потребления приблизительно одного литра воды у подводника возникает чувство переполненного желудка, иногда — головокружение, и, в целом, абсолютное нежелание продолжать пить. В дополнение к этому необходимо упомянуть, что далеко не весь объем употребленной жидкости достигает кровеносных сосудов.

Наши рекомендации по борьбе с обезвоживанием включают в себя интенсивное потребление таких напитков, как Gatorade, которые предоставляют необходимые организ му сахара и соли и рекомендованы Всемирной организацией здравоохранения для восстановления водно!солевого баланса организма. Важным тестом на готовность к погружению является проприоцептивный* анализ мочи. Если моча подводника чистая, прозрачная и без какого-либо запаха, то водно-солевой баланс организма находится в норме и человек готов к погружению. По моему мнению, это является исключительно точным тестом на нормальное состояние организма. Мы рассчитываем потери влаги при дыхании под водой и метод их восполнения осушенным воздухом таким же образом, как и высокогорные альпинисты, которые также используют для дыхания обезвоженный газ. У альпинистов каждые 4 часа теряется 1 литр воды. Те же расчеты мы используем и при расчете погружений продолжительностью более 4 часов.

При всплытии наши подводники делают последнюю остановку на глубине примерно в 70 см, продолжительностью 30 минут. Оказавшись на поверхности, дайвер продолжает дышать 100% кислородом. При этом мы рекомендуем, чтобы он оделся для восстановления нормальной температуры тела. Затем необходимо начинать внутривенную подачу жидкости. Как правило, мы рекомендуем один-два литра через капельницу с максимальной скоростью подачи. Внутривенная гидратация продолжается до тех пор, пока моча подводника не станет чистой, прозрачной и без запаха.

Иногда вместо водной рекомпрессии или же перед началом ее проведения мы рекомендуем и другие медицинские методики. Как правило — это ТРИАДЫ, состоящие из дыхания 100% кислородом, обильного питья и внутривенных инъекций медицинских препаратов для устранения воспалительных процессов.

Одна из таких техник была представлена Ксавье Фруктусом на 20-м семинаре Общества подводной медицины.

Техника Фруктуса:
1) дыхание 100% кислородом через полнолицевую маску;
2) внутривенные инъекции кортикоидов, например 30 мг Decadron, (Decadron (Dexamethasone) — синтетический стероид, похожий на молекулу кортизона);
3) внутривенные инъекции аспирина;
4) внутривенные инъекции водно!солевых растворов.

На протяжении многих лет члены сообщества технических дайверов привыкли думать не о том, возможно ли возникновение декомпрессионной болезни, а о том, насколько велика эта вероятность. Но вероятность оказаться неготовым к лечению при погружениях в удаленных уголках мира может оказаться не менее опасной, чем дыхание неверной газовой смесью во время погружения.

Хотя полное лечение должно включать рекомпрессию в барокамере и постоянное наблюдение врачом с соответствующей квалификацией. Методика Фруктуса была разработана специально как метод первой помощи подводникам, осуществлявшим спуски под воду вдали от цивилизации.

Статистические результаты использования этой методики оказались весьма впечатляющими: у 72% пострадавших либо полностью пропали симптомы ДКБ, либо их состояние значительно улучшилось к моменту прибытия в гипербарический центр. овреждение тканей, возникающее при ДКБ, как правило, приводит и к воспалительным процессам. В некоторых случаях эти процессы более опасны, чем сама ДКБ. Поэтому внутривенные инъекции кортикостероидов типа Decadron (дексаметазон) должны активно влиять на этот процесс, и несмотря на то, что точный механизм противовоспалительного воздействия природных стероидов полностью ещё не объяснен, при их применении были получены два эффекта:

1) на ранних стадиях воспалительный процесс блокируется;
2) если воспалительный процесс уже начался, препарат быстро снимает воспаление и ускоряет процесс заживления.

В соответствии с методикой Фруктуса необходимо использовать именно 30 мг Decadron или его аналоги. Но лидокаин, не принадлежащий к семье стероидных препаратов, тоже обладает способностью приостанавливать воспаление.
При внутривенном введении лидокаин в дозировке 1 миллиграмм на 1 килограмм веса тела оказался так же безопасен, как и в случаях с сердечной аритмией, поэтому может быть использован вышеописанным способом.

Использование аспирина для предотвращения или лечения ДКБ крайне противоречиво. Аспирин останавливает агрегацию тромбоцитов, то есть снижает свертываемость крови. Однако агрегация тромбоцитов является составной частью воспалительного процесса и если прервать этот процесс, поток крови в поврежденных тканях может усилиться.

Предпочтительный метод лечения декомпрессионной болезни — лечебная рекомпрессия в барокамере. Водная рекомпрессия или медикаментозное лечение могут быть рекомендованы лишь в случаях, когда доставка в барокамеру занимает слишком много времени. В связи с тем, что любая задержка в лечении ДКБ значительно снижает вероятность выздоровления пострадавшего, то медикаментозное лечение или использование водной рекомпрессии, или же использование обеих этих методик вместе, являются лишь экстренными, но все же весьма эффективными способами
лечения ДКБ.

Если в группе имеются подготовленный персонал, необходимые медикаменты и в достаточном количестве газы, то лечение должно быть начато немедленно, с минимальными задержками.

* - анализ мочи по внешнему виду.

Опубликовано в журнале ОКТОПУС #02(32)2004.

Предупреждение ДБ и БЛ

Mon, 26 Dec 2005 22:34:17 +0300

Рекомендации по предупреждению декомпрессионной болезни и баротравмы легких у дайверов и по оказанию первой помощи при этих заболеваниях.

1. Общие положения.

Настоящие рекомендации разработаны для предупреждения наиболее частых у дайверов травм - декомпрессионной болезни (ДБ) и баротравмы легких (БЛ), а также для оказания пострадавшим квалифицированной первой помощи. При составлении рекомендаций учитывались организация дайвинга и опыт лечения указанных заболеваний водолазов и дайверов в нашей стране и за рубежом. Представленную ниже методику кислородной рекомпрессии, конечно же, не следует считать стопроцентной панацеей, однако она может оказаться незаменимой при проведении погружений в значительном отдалении от специализированного медицинского учреждения с лечебной барокамерой, а также при невозможности быстрой эвакуации пострадавшего.

ДБ и БЛ могут возникать у дайверов как непосредственно после окончания спуска, так и через несколько часов или суток. Появлению данных заболеваний способствуют:

- многократные погружения в течение суток, особенно при последовательно увеличивающихся глубинах погружений во время последующих спусков;

- малый стаж погружений;

- нарушение техники безопасности погружений (и прежде всего несоблюдение режима декомпрессии при всплытия)

- наличие заболеваний сердечно-сосудистой, дыхательной, нервной систем, системы органов движения и др.

- нарушение режимов отдыха, питания и др.

2. Симптомы заболеваний и необходимые меры лечения.

В таблице указаны симптомы ДБ и БЛ, позволяющие определить степень тяжести состояния пострадавшего.

ТАБЛИЦА №1

Следует помнить, что заболевание любой степени тяжести опасно, и легкая форма вполне может перейти в среднюю или тяжелую в случае неоказания своевременной первой помощи.

Практика лечения водолазов и дайверов показывает, что сохранение здоровья и жизни пострадавшего от ДБ и БЛ в значительной мере зависит от времени, прошедшего от момента возникновения заболевания до начала лечения. Чем это время меньше, тем эффективнее проходит лечение и тем меньше возможность появления осложнений.

1. Для радикального лечения ДБ и БЛ необходимо проведение лечебной рекомпрессии в барокамере. Поэтому, при наличии барокамеры непосредственно на месте проведения погружений, безотлагательно проводится лечебная рекомпрессия в воздушной или кислородно-азотно-гелиевой среде с использованием специальных режимов. Для лечения легкой степени ДБ допускается применение кислорода под давлением до 20 м вод.ст. (гипербарическая оксигенация) с использованием воздушных перерывов для исключения отравления кислородом..

2. Если барокамеры под рукой нет, следует воспользоваться стандартным кислородным оборудованием, которое в обязательном порядке должно иметься на месте погружений.

А) При несущественных нарушениях режимов декомпрессии рекомендуется включение пострадавшего на дыхание стопроцентным кислородом: это уменьшает вероятность появления ДБ на 50 %.

Б) При грубых нарушениях техники безопасности, практически неизбежно приводящих к ДБ и БЛ, следует применить предложенный в данной рекомендации метод профилактики и лечения ДБ и БЛ путем кислородной рекомпрессии - немедленного повторного погружения пострадавшего на глубину 10 м с использованием для дыхания кислорода (до исчезновения или резкого ослабления симптомов заболевания) с последующим подъемом по режиму декомпрессии.

При указанном методе лечения в период пребывания пострадавшего на глубине 10 м при дыхании кислородом с парциальным давлением 2 кг/см2 организм дополнительно не насыщается азотом, вдвое уменьшается объем газовых пузырьков, давление азота в них в 2 раза увеличивается, а ткани и жидкие среды вокруг газовых пузырьков насыщаются кислородом, за счет чего увеличивается рассыщающий перепад. Поэтому при дыхании кислородом рассыщение организма от азота происходит в 2 раза быстрее, чем при дыхании воздухом, и создаются условия для ликвидации газовых пузырьков.

Повторное погружение для кислородной рекомпрессии рекомендуется провести немедленно при обнаружении симптомов БЛ и ДБ любой степени тяжести.

3. Технические средства, необходимые для проведения кислородной лечебной рекомпрессии и меры безопасности при работе с ними.

Для проведения кислородной рекомпрессии необходимы следующие технические средства, которые должны быть готовы к использованию до начала погружений:

- Устойчиво (без дрейфа) установленное на якоре плавсредство, с которого производится спуск пострадавшего дайвера.

- Спусковой конец (рис. 1) длиной 10 м (+ высота борта) с огоном для крепления на плавсредстве в районе спуска дайвера, с грузом массой 5-6 кг и с мусингами (узлами или другими марками) через каждые 2 м (для остановок на глубинах 8, 6, 4 и 2 м, а также на нулевой отметке).

- Трап для спуска в воду (при большой высоте борта).

- Сигнальный (страховочный) конец, закрепленный на талии пострадавшего дайвера и удерживаемый с другой стороны обеспечивающим дайвером на плавсредстве.

- 40-литровый транспортный баллон с достаточным для режимов рекомпрессии запасом кислорода с рабочим давлением не менее 150 кг/см2 (или иной источник кислорода).

- Снаряжение дайвера с баллонами, заполненными на 90-100 % от рабочего давления.

- Регулятор, снабженный шлангом для подачи кислорода на глубину 10 м (примерно 15-17 м). Регуляторы первой и второй ступени должны быть пригодны для работы со стропроцентным кислородом - вполне подходят для этого нитрокс-регуляторы. Обязательно наличие кислородного манометра.

Обратите внимание! В мире применяется несколько различных видов соединений между вентилем кислородного баллона и регулятором первой ступени, поэтому перед началом дайвинга рекомендуется предварительно выяснить, какого типа вентили используются в данном конкретном регионе. Следует также принять во внимание, что длинный шланг иногда обладает положительной плавучестью, и могут потребоваться меры для ее нейтрализации (к примеру, прикрепленный к шлангу груз).

Для обеспечения безопасности дайверов при проведении кислородной рекомпрессии необходимо соблюдение следующих условий:

- обязательное составление перед началом погружений плана действий в экстренной ситуации;

- точное следование изложенным в настоящей рекомендации указаниям по подготовке и проведению кислородной рекомпрессии;

- тщательная предварительная проверка системы обеспечения пострадавшего кислородом;

- соблюдение правил взрыво- и пожаробезопасности при работе с кислородом (в частности, запрещение подачи кислорода в систему, по которой ранее подавался воздух). Все изделия, соприкасающиеся с чистым кислородом, должны быть обезжирены. Руки, перчатки, инструмент и приспособления не должны иметь масляных пятен. Рядом с местом спуска запрещается курение, разведение открытого огня, не должны находиться горючее, жиры, масла, промасленная ветошь и другие легковоспламеняющиеся вещества.

Внимание! При отсутствии кислородного оборудования категорически запрещаются любые попытки ликвидации возникших в результате декомпрессионного газообразования пузырьков путем срочного погружения на глубину при дыхании воздухом. Такой метод использовался в водолазной практике на заре развития гипербарической физиологии и водолазной медицины (в 20-30-х годах ХХ века), но не оправдал себя. Оказалось, что при незамедлительном повторном погружении газовые пузырьки не ликвидируются - напротив, организм дополнительно насыщается азотом и состояние пострадавшего ухудшается. В связи со случаями гибели водолазов при использовании этого метода он был признан опасным.

4. Режимы декомпрессии для проведения кислородной рекомпрессии пострадавшему дайверу.

Режимы декомпрессии, разработанные с учетом тяжести заболевания и условий дайвинга в нашей стране и за рубежом, используются с целью:

- лечения легких форм ДБ;

- исключения перехода легкой формы ДБ в заболевание средней или тяжелой формы;

- значительного снижения тяжести ДБ и БЛ;

- профилактики ДБ у дайверов при грубом нарушении режима декомпрессии.

Кислородная рекомпрессия с применением представленных ниже режимов может проводиться только в тех случаях, когда пострадавший находится в сознании и его общее состояние удовлетворительное.

1. При легкой форме ДБ (необычно сильная усталость, зуд кожи) рекомендуется режим №1.

2. При ДБ средней тяжести (боли различной интенсивности в мышцах и суставах конечностей) рекомендуется режим №2.

3. При тяжелой форме ДБ (парезы или параличи конечностей, головокружение, тошнота, рвота, помрачение или потеря сознания) или при БЛ (помрачение или потеря сознания, учащение дыхания, кашель, боли в груди, кровохаркание, отечность тканей в области шеи и надплечий, парезы или параличи конечностей) после восстановления сознания рекомендуется использовать режим кислородной рекомпрессии №3.

4. В случае грубого нарушения режима декомпрессии дайверам необходимо иметь в виду следующее:

- кислородную рекомпрессию следует начать не позже чем через 4-5 мин после всплытия; при более позднем начале лечения могут возникнуть признаки ДБ;

- при появлении признаков ДБ в зависимости от тяжести заболевания применять режимы №1-3;

- при отсутствии симптомов ДБ рекомендуется режим №4.

ТАБЛИЦА №2

Расход кислорода рассчитан при условии, что пострадавший делает 10 вдохов в 1 мин. при дыхательном объеме 1 л (легочная вентиляция 10 л/мин)

Декомпрессию начинают после окончания времени пребывания на глубине 10 м в соответствии с режимами №1-4, которое исчисляется с момента достижения глубины 10 м.

Пример: Дайвер достиг глубины 10 м в 12.34. Через 28 мин. проявления заболевания полностью исчезли. Дайвер должен оставаться на этой глубине еще 10 мин. В данном случае время пребывания дайвера на глубине 10 м составляет: 28 + 10 = 38 мин. В 13.12 дайвер может начать подъем на глубину первой остановки декомпрессии (8 м).

Переход с 10 на 8 м (а также все последующие переходы на очередную остановку и до поверхности) во всех режимах осуществляются за 1 мин. Время перехода учитывается как часть времени пребывания на следующей остановке, т.е. время выдержки на каждой остановке декомпрессии исчисляется с момента окончания времени выдержки на предыдущей остановке.

Пример: Дайвер в 13.12 начал подъем до первой остановки на глубине 8 м и в 13.13 достиг ее. Время выдержки в соответствии с выбранным режимом составляет 20 мин. Отсчет времени на глубине 8 м ведется с 13.12. В 13.32 дайвер должен начать переход на вторую остановку на глубине 6 м.

5. Подготовка к проведению кислородной рекомпрессии.

Для проведения кислородной лечебной рекомпрессии формируется группа из 3 человек: обеспечивающего, пострадавшего и страхующего дайверов.

Обеспечивающий – руководит действиями группы и отвечает за безопасность спускающихся дайверов.

Страхующий - спускается вместе с пострадавшим и сопровождает его в течение всего времени пребывания под водой, используя для дыхания собственное снаряжение.

После принятия решения о необходимости проведения кислородной лечебной рекомпрессии каждый выполняет следующие действия:

1. Обеспечивающий дайвер

- проверяет наличие и готовность необходимых технических средств, указанных в п.3 настоящих рекомендаций;

- проводит инструктаж пострадавшего и страхующего дайверов, проверяет знание ими условных сигналов (передаваемых жестами, по сигнальному концу и светом), напоминает о необходимости максимально возможного утепления перед спуском, о случаях, требующих досрочного подъема на поверхность (израсходование кислорода или воздуха, неисправность водолазного снаряжения, переохлаждение);

- убеждается в надежной стоянке плавсредства на якоре;

- готовит помещение и средства обогрева дайверов после окончания спуска;

- готовится к транспортировке пострадавшего (в случае необходимости) к береговой барокамере после окончания рекомпрессии - на плавсредстве, с которого проводились спуски, или на другом быстроходном транспортном средстве.

2. Страхующий дайвер готовит к спуску свое снаряжение и снаряжение пострадавшего.

Внимание! Эффективность проведения рекомпрессии в воде может быть сведена к нулю из-за переохлаждения пострадавшего, поэтому его необходимо обеспечить гидрокостюмом, обладающим максимально теплозащитными свойствами.

6. Методика проведения спуска для кислородной лечебной рекомпрессии.

Подготовка к спуску проводится в следующей последовательности:

- постановка плавсредства на якорь на глубине 15-20 м;

- спуск в воду спускового конца с грузом (верхний, нулевой мусинг должен быть на поверхности воды) и закрепление его на плавсредстве;

- проверка давления в транспортном кислородном баллоне (140-150 кг/см2);

- проверка рабочего давления в баллонах дыхательных аппаратов дайверов (90-100 % от рабочего давления).

- одевание пострадавшим дайвером снаряжения (если оно было снято), закрепление на талии сигнального (страховочного) конца, другой конец которого берет в руки обеспечивающий дайвер;

- одевание страхующего дайвера (если он не был одет). В случае спуска пострадавшего с явлениями пареза или паралича конечностей сигнальный конец одевается на страхующего и оба дайвера соединяются связкой;

Из-за вдыхания кислорода на глубине 10 м существует вероятность потери сознания, поэтому рекомендуется начать дыхание кислородом на поверхности. Спуск осуществляется одновременно страхующим и пострадавшим. При спуске страхующий должен следить за своевременным выравниванием давления воздуха в области носоглотки и среднего уха с наружным давлением как у себя, так и у пострадавшего.

Достигнув глубины 10 м, пострадавший дайвер принимает удобное положение и находится в спокойном состоянии, избегая задержек дыхания и движений, требующих большой нагрузки. (Рекомендуется горизонтальное положение). Допускаются плавные плавательные движения руками и ногами.

Во время пребывания на глубине 10 м и на последующих остановках декомпрессии страхующий дайвер через каждые 5 минут осуществляет связь с обеспечивающим, сообщая о состоянии потерпевшего - жестами, по сигнальному концу или светом.

Связь по сигнальному концу проводится методом подергивания:

ТАБЛИЦА №2

Если в период пребывания на глубине 10 м у пострадавшего появятся затруднение дыхания, недостаток кислорода на вдох, неисправность в работе регулятора, судорожные подергивания мышц лица, приступы тошноты или рвоты - он самостоятельно переходит на дыхание воздухом, всплывает на поверхность и сообщает о своем состоянии обеспечивающему дайверу.

Страхующий дайвер в период пребывания пострадавшего под водой постоянно находится рядом с ним, наблюдает за действиями и поведением пострадавшего, обменивается с ним условными жестами. Если у пострадавшего отсутствуют парезы и параличи, а дайверы не связаны соединительным концом, страхующий периодически всплывает на поверхность для передачи сообщений обеспечивающему дайверу.

При подъеме страхующий следит за тем, чтобы пострадавший на остановках декомпрессии находился в удобном положении в спокойном состоянии, не выполняя требующих большой нагрузки движений и не задерживая дыхание (физическая нагрузка на остановках декомпрессии грозит опасностью возобновления признаков заболевания).

Перед каждым подъемом с одной остановки на другую обеспечивающий дайвер запрашивает страхующего о самочувствии пострадавшего.

7. Действия после завершения кислородной рекомпрессии.

После подъема на поверхность пострадавшему помогают освободиться от снаряжения, укладывают в теплом помещении и предоставляют покой. В зависимости от состояния пострадавшего принимается решение либо о его транспортировке на берег для проведения лечебной рекомпрессии в барокамере (в случае наличия остаточных явлений заболевания) или об оставлении его на плавсредстве для продолжения дайвинга (при отсутствии остаточных явлений).

После завершения процедуры кислородной рекомпрессии пострадавшему запрещается:

- принимать горячий душ (ванну, сауну или другие интенсивные тепловые процедуры) в течение 12 часов с момента окончания декомпрессии;

- участвовать в погружениях в течение суток с момента окончания декомпрессии;

- в течение суток с момента окончания декомпрессии выполнять физические упражнения или работы, связанные с большой нагрузкой на сердечно-сосудистую и дыхательную системы.

Последующие спуски (не ранее, чем через сутки после окончания лечения и только при полном отсутствии остаточных явлений заболевания) проводить с предельной осторожностью и консервативностью на глубины не более 20 м.

Если же из-за неисправностей в системе подачи кислорода или ухудшении самочувствия в ходе рекомпрессии (тошнота, рвота, признаки сильного переохлаждения и др.) пострадавший вынужден досрочно подняться на поверхность, его следует быстро раздеть и уложить в теплом помещении, а при отсутствии теплого помещения - постараться максимально согреть на палубе. Больному дают обильное питье (чай, кофе, соки) и включают на дыхание кислородом до прибытия на берег или до перевода на другое транспортное средство, которое доставит его к месту нахождения барокамеры для продолжения лечебной рекомпрессии. Если транспортировка до барокамеры продолжается более 1 часа, то через каждый час дыхания кислородом пострадавшего переводят на дыхание воздухом в течение 15 мин.

И даже в том случае, когда погружение для кислородной лечебной рекомпрессии было проведено своевременно и успешно, никогда не следует забывать, что рекомпрессия является лишь мерой первой помощи - она не заменяет последующего специализированного лечения, хотя в большинстве случаев и может значительно облегчить общее состояние пострадавшего.

Рекомендации составили:

к.м.н. В.В.Смолин, Г.М.Соколов, д.м.н. Б.Н.Павлов

курс-директор PADI С.С.Куриков

Опубликовано в журнале ОКТОПУС #03(21)2002.

Сорок саженей - это Вам не сорок метров

Thu, 22 Dec 2005 00:59:19 +0300

"Есть многое на свете, друг Горацио,
Что и не снилось нашим мудрецам…"
Уильям Шекспир

Крепкие рукопожатия со скелетом и дружеские похлопывания по его плечевым костям в кромешном пещерном мраке на глубине 73 метра. Согласитесь, со стороны можно подумать, что у ребят окончательно поехала крыша и "глючит" их вполне конкретно. На самом деле все гораздо проще: мы просто соблюли традицию здешнего места - оставить на память о своем посещении какой-нибудь сувенир. Нам всем очень понравилось это наглядное пособие из анатомического магазина, да и смотрится оно в свете фонарика весьма романтично. Итак, начертав свои имена на ключичной кости (оказывается, наше родное "здесь был Вася" не чуждо и американским товарищам) и прокричав, или точнее, промычав "Банзай", мы начали подъем вдоль ходового конца, наклонно уходящего куда-то к тому месту, где, помнится, было светло…

Это было наше заключительное погружение в знаменитый Forty Fathom Grotto (Грот сорока саженей). И характерно, что сопровождал нас в этом погружении лично Хэл Уаттс, живая легенда дайвингового мира. В отличие от нас, Хэл бегает во все самые глубокие уголки своего водоема исключительно на воздухе, и это не кураж, это стиль погружений, отработанный десятилетиями и доведенный до, если не совершенства, то высочайшей степени мастерства. И это его конек - глубоководные погружения на воздухе. До сих пор Хэл Уаттс держит мировой рекорд по глубоководным погружениям на воздухе в пещерах - 415 футов (127 метров). Хэлу всего 65 лет и у него большие планы.

Мистер SCUBA.

Официальная информация о Хэле Уаттсе укладывается в одну страничку машинописного текста. Как положено: родился, вырос, начал нырять, достиг того-то тогда-то, занимается тем-то и тому подобное. Пресно и совершенно не похоже на реального Хэла!

…Я перебираю несколько страничек, вырванных с корнем из блокнота, испещренные мелкими каракулями и с ненавистью пытаюсь разобрать свой собственный почерк. Это совсем не просто - журналистская мания запечатлеть на бумаге рассказ Хэла обуяла меня темным флоридским вечером, когда на столе возникла уже далеко не первая бутылка псевдорусской водки из близлежащего супермаркета.

Нырять всерьез Хэл начал в самом начале 60-х, точнее - в 1962-м. До этого он имел минимальный опыт погружения под воду. Интересная деталь: свой первый аппарат Хэл купил по объявлению в газете; позже он узнал, что тот был не просто секонд-хэнд, а снят с погибшего. Одно занятие в бассейне стало первым и последним уроком, в дальнейшем никаких учебных курсов ни в каких ассоциациях Хэл Уаттс не проходил. Этот 1962 год стал знаковым. Погружаясь в карстовую воронку в окрестностях Окалы, штат Флорида, Хэл вместе со своим напарником чуть было не погиб. Достигнув глубины 73 метра, они схлопотали азотный наркоз по полной программе, начали подниматься, когда вдруг их понесло, ударяя о своды грота. Маску сорвало, загубник также был выбит изо рта. Подъемная сила распластала тела под сводом на глубине 10 метров, именно это их и спасло от выброса на поверхность и более серьезных проблем. Хэл признался, что выбравшись, наконец, на берег, он в исступлении целовал землю.

Похоже, с тех пор эта воронка не давала Хэлу покоя. Уже в 1965 году он собирается приобрести в собственность земельный участок вокруг нее, в 1972-м Хэл берет его в аренду, а с 1985 года он становится его полноправным хозяином. С самого начала предполагалось, что это будет некий частный клуб, закрытый для широкой общественности; и только в 87-м году к занятиям в водоеме были допущены другие инструкторы, очень выборочно.

На сегодняшний день инфраструктура "Грота сорока саженей" (а это как раз и составляет 73 метра) настолько хорошо развита, что ей может позавидовать самый раскрученный океанский дайв-центр. Офисные строения, учебный класс, магазинчик актуального снаряжения, складские помещения, мастерская и, конечно блок газового обеспечения. Вы имеете возможность заказать любую смесь любого состава: от чистого кислорода и тривиального воздуха до найтрокса и самого замысловатого тримикса. Просторные понтонные площадки на поверхности водоема обеспечивают весьма комфортные условия для подготовки к погружению и даже процесс входа в воду здесь вполне элегантен, если вообще это слово уместно к техно экипировке.

Продравшись сквозь слой ряски, которую, кстати сказать, разгоняют воздушной аэрацией из проложенного под понтонами трубопровода, попадаешь в совершенно мистический мир то ли мастерской абстракциониста, то ли театральных декораций к авангардному спектаклю. Если бы мы не были предварительно информированы, то вид выплывающего тебе навстречу одинокого мотоцикла способен основательно поднапрячь весьма расшатанную впечатлениями психику. А богатейший ассортимент старой и даже старинной автомобильной, корабельной и местами даже авиационной техники может дать фору какому-нибудь коллекционеру-технарю. Стенки воронки, вначале вертикальные, с глубиной начинают заваливаться, в результате в самой дальней точке у дна вы имеете полный мрак и достаточно продолжительный маршрут назад. Это место как раз и называется "Банзай"; именно здесь находится самая глубокая точка воронки, хотя вдаль просматривается очень узкий ход, лезть в который физиологические габариты не позволяют, да и вообще как-то не очень тянет. Так что исполняем ритуал засовывания руки во врытую в грунт трубу, дабы зафиксировать на компьютере те самые 40 саженей и "банзай!".

Хэл Уаттс знает свою вотчину как свои пять пальцев, как никак более 2000 погружений в этой воронке. В доверительной беседе все тем же флоридским вечером он рассказывал, что может спокойно выплыть прямо к трапу из любого самого дальнего уголка воронки, сняв маску и выключив все фонари. Я не уверен, что многие смогут в таком же режиме преодолеть без потерь ночной маршрут от постели до сортира.

Прочитав как-то давно книгу Гиннеса, Хэл Уаттс обнаружил, что рекорд по глубоководному погружению на воздухе был поставлен еще в пятидесятых годах и составляет 350 футов (107 метров). Хэл решил его немного обновить. Поскольку накатанных режимов тогда еще не было, провели ряд экспериментов с мышами. Режимы составляли, опираясь на водолазные таблицы ВМФ. Только одна мышь дожила до конца экспериментов. Ее профиль спуска и был принят за основу. Рекордное погружение состоялось в Майами в 1967 году. Хэл помнит его, как если бы все происходило вчера. Спуск происходил с катера, лежащего в дрейфе. С борта был вытравлен спусковой конец. Интересная техническая деталь: компенсаторов плавучести в те годы не существовало, но творческая мысль энтузиастов не дремлет, и Хэл Уаттс и его соратники использовали пластиковые канистры из-под бензина, закрепляя их по бокам на ремнях подвески. Сегодняшняя персональная конфигурация экипировки Хэла заслуживает отдельного описания. Мы это обязательно сделаем в ближайших номерах "Октопуса".

Хэл добрался по спусковому канату до его нижнего конца. Напарник безнадежно отстал где-то по дороге. Дальше путеводной нити уже не было. Хэл готов был бы продолжить спуск, но что-то ему подсказало, что в данной ситуации это билет только в один конец. Обладателю нового мирового рекорда в 390 футов (119 метров) было 32 года. Много воды утекло с тех пор. Теперь уже его дочь, Скарлетт Уаттс является рекордсменом среди женщин по глубоководным погружениям на воздухе в море. Ее результат - 425 футов (129 метров).

Помимо собственной дочери, Хэлом подготовлены еще пятеро мировых рекордсменов по глубоководным погружениям на воздухе, и, что характерно, все они живы. Среди них - англичанин Марк Эндрюс, погрузившийся в 1999 году на глубину 519 футов (158 метров). На сегодня - этот результат еще не превзойден. Хэл рассказывает, что он имел удовольствие сопровождать под воду на глубины более 100 метров не менее 55 дайверов, причем без единого несчастного случая.

Интересная историческая справка. Именно Хэл в 1960-х ввел в наш обиход термин "октопус", а также знакомую всем до скрипа зубов фразу "Plan your dive - Dive your plan". Среди коллег и соратников он давно уже получил кличку "Mister Scuba", что и начертано на его электронном адресе.

Хэл Уаттс является инструктором во многих спортивных и технических ассоциациях. Он проводит обучение как дайверов так и инструкторов во всем мысленном диапазоне подводного плавания: погружения на воздухе, найтроксе, тримиксе, а также спуски на рециркуляционных аппаратах и даже в тяжелом вентилируемом снаряжении. Но самым уникальным и интересным направлением являются его курсы по глубоководным погружениям на воздухе - Extended Range Diver Courses, которые проводятся в рамках созданной Хэлом ассоциации PSA - Professional Scuba Association.

PSA - Ум, Честь и Совесть…

А если точнее - Знания, Безопасность и Целостность. Knowledge, Safety, Integrity. Эти слова начертаны на эмблеме Ассоциации и составляют ее "золотой треугольник".

Знания - это некая неуловимая субстанция, приобретаемая только через опыт. Знающий человек - это, прежде всего, хорошо информированный человек. Поэтому теоретической подготовке здесь уделяется особое внимание.

Безопасность - означает "быть здоровым, защищенным и уверенным в себе". Ассоциация предлагает только это - Safety. Когда вы изучаете, понимаете и следуете инструкциям по безопасности, изложенным во всех курсах PSA, вы будете защищены от множества потенциальных инцидентов. Однако, не забывайте американскую поговорку: "Можно привести лошадь к водопою, но нельзя заставить ее пить". Инструктор PSA в состоянии научить вас, что можно делать, а чего нельзя, но усвоить это вы должны самостоятельно.

Целостность - можно определить как "быть праведным и честным". К такому поведению своих членов Ассоциация призывает всегда и везде. PSA является одним из немногих агентств, которые не поощряют интенсивного роста своего высшего преподавательского штата (Instructor Trainer). Такая позиция призвана сохранить монолитность организации, ее высокий рейтинг.

Итак, PSA. Ассоциация была основана в 1987 году, и ее целью было предложить ныряющему сообществу качественное обучение и сертификацию через прохождение курсов Extended Range. Изначально предполагалось, что будут проводиться только курсы по глубоководным погружениям на воздухе (Extended Range Deep Air), но вскоре стало ясно, что опыт и квалификация инструкторского персонала позволяют существенно расширить предлагаемый ассортимент.

Первое инструкторское руководство по Extended Range Deep Diving было написано Хэлом Уаттсом еще в 1970 году. В том же году был смонтирован цветной фильм, снятый во время глубоководных погружений в Wakulla Springs. Однако, в то время подводное сообщество еще не было готово к такому "беспределу". Но, как известно, все течет, все изменяется.

Ассоциация PSA всегда чувствовала, что необходима такая организация, которая сможет предложить серьезную подготовку по изучению самого безопасного пути к освоению погружений в режиме Extended Range. На сегодняшний день существуют следующие курсы PSA:
- Deep Air
- Nitrox
- Techtrox
- Trimix
- Full Face Mask
- Drysuit
- Cavern / Cave
- Oxy First Aid
- Rebreather
Как мы уже отмечали, изюминкой системы PSA являются курсы Deep Air. Ассоциация является единственным агентством, предлагающим обучение глубоководным погружениям на воздухе вплоть до глубин 91метр (300 футов). При этом существует семь различных уровней, дифференцируемых по глубине.
Level-I 100 футов (30m)
Level-II 130 футов (40м)
Level-III 150 футов (46м)
Level-IV 180 футов (55м)
Level-V 200 футов (61м)
Level-VI 240 футов (73м)
Level-VII 300 футов (91м)
Студент должен полностью освоиться и довести до автоматизма основные действия на каждой из этих глубин, прежде чем перейти к следующей. При тренировочных спусках глубже 50 метров все погружения проводятся вдвоем: инструктором и квалифицированным помощником, при этом количество студентов не должно превышать 4 человек. Такое соотношение обеспечивает полный контроль над ситуацией и максимальную безопасность учебного процесса. Очень показательны требования Ассоциации к своим инструкторам. Обычный инструктор PSA (на вольных хлебах) имеет право проводить обучение только до уровня V (61м). Более продвинутые уровни осуществляются только штатными инструкторами PSA, имеющими специальную лицензию, подписанную лично президентом (президентом PSA).

…Подъем к первой декомпрессионной остановке всегда происходит весело и вдумчиво - нежелательно ошибаться в скорости ни в ту, ни в другую сторону. Но зато на последнем, самом продолжительном "перекуре" есть вдоволь времени, чтобы осмыслить все происходящее и попытаться дать себе ответ на риторический вопрос: "и чего это меня, собственно говоря, понесло в эту бездонную болотную трясину, и не где-нибудь на просторах чумазой среднерусской равнины, а в солнечной Флориде?". Но на риторические вопросы, как известно, отвечать не принято.

Сергей Черкашин

Опубликовано в журнале ОКТОПУС #02(14)2001.

РазмышлениЯ о ДЗЭН- и Хогарт- конфигурации

Mon, 12 Dec 2005 15:01:15 +0300

Мудрость Хогартовой конфигурации и ДЗЭН весьма и весьма близки по духу, но как и в любой попытке интерпретации восточных течений в понимании Европейца, мы сталкиваемся с искажением и недопониманием.

Как говорят на востоке: «Много приглашенных, мало избранных». Я не думаю, что все имеющие слово о Хогартовой конфигурации несут точную и ясную для всех информацию. Все высказывания и споры сводятся к обсуждению внешней формы какого-либо одного элемента в снаряжении или тупого копирования (...делай как надо!). И порой забывается основная идея, на которой зиждется всемирно известная конфигурация Билла Хогарта. Он сам часто повторял: «Ищите, ищите большее в меньшем». Смешно поведение некоторых специалистов, раздающих направо и налево советы: «это правильно, а это нет». Обычно мотивация «правильного подхода» обосновывается опытом десятка-другого дайверов, вышедших «сухими из воды», сотнями сложнейших погружений. Они часто повторяют: «Делай как надо». Но более жалкое зрелище вызывает толпа, жадно глядящая в рот своему «учителю». Как ни странно, у таких людей очень нескоро или вообще никогда в голове не возникает простого вопроса: «Почему нужно делать так, а не иначе?». В итоге — несчастный случай. Вывод — не справился с управлением собственной конфигурации. И вот получается, что одни, подобно зомби, шагают стройными рядами новоявленных техно-дайверов, а другие неустанно спорят о преимуществах и недостатках длинного и короткого шланга и способе расположения его на теле дайвера. Неужели не надоело? Что мы пытаемся доказать себе и другим?

Задайте себе вопрос: «Для чего мне нужна совершенная конфигурация?». Именно совершенная, а не эффектно выглядящая. И совсем не обязательно, что вы будете называть конфигурацию Хогартовой. Забудьте! Вполне могло так случиться, что она могла иметь название Ивановская, Петровская... Не важно, как это называется. Гораздо важнее то, что мы получаем, используя заложенный в ней принцип.

Если мы хотим совершенства, то недопустимы жесткие привязки к каким-либо стандартам. Все, что мы должны делать, так это соблюдать основополагающие принципы. При соблюдении основного принципа и его неизменной чистоты не может появляться лживых (неправильных) внешних форм. Мы можем только наблюдать небольшие внешние изменения форм, но при неизменном соблюдении основного принципа.

Для чистоты исполнения формы требуется две вещи: ясная цель и соответствующая форма (внешняя). В данном случае я говорю о том, что ваша конфигурация должна быть работоспособной в тех условиях, в которых вы собираетесь проводить погружение.

Я вот о чем беспокоюсь. По сути ДЗЭН — это свобода, простота, не связанность ничем. Но что получается... Если человек, следуя слепо канонам ДЗЭН, живет день за днем и проживает жизнь без осознания всего совершаемого, то его называют «слепцом» (это понятие на востоке гораздо шире европейского восприятия). Так вот получается, что такой же человек у дайверов будет называться СТРОК.

Очень много людей призывает следовать по уже протоптанной тропе, мотивируя свои взгляды тем, что лучше учиться на ошибках других. Но при этом никто не додумался высказать мысль о том, что слепое копирование (пусть даже трижды правильной системы) и есть СТРОК-признак. Ищите ошибки не во внешней форме, а в неспособности эффективно воспользоваться ей в реальных условиях.

Как человека заставить верить в принципы? Да никак! Нельзя заставить. Человек должен сам убедиться в истинности принципа. Можно, используя одну из методик ДЗЭН-тренинга, дать адепту попытку опровергнуть их. Нужно постоянно подвергать сомнению принципиально верные вещи. И если принцип верен, то любые попытки изменить его, будут напрасны. В конечном итоге никто не будет сомневаться в том, что между двумя точками есть самый короткий путь. Это прямая.

Начните построение вашей внешней формы (в конечной стадии — вашей конфигурации) с элементарного осмысления той задачи, которую вам нужно выполнять ежедневно или однажды.

Неужели все, о чем я сказал, трудно переложить на Хоггартову конфигурацию? Если не будет новых, внешних проявлений, то все ЭТО умрет. Люди забудут, зачем они придумали давным-давно какую-то Хогартову конфигурацию.

Надеюсь, что сказанное мной — не ПУСТОЕ.

Валерий Хлоповский,
Инструктор PADI.

К вопросу об оптимальной конфигурации снаряжения.

Mon, 12 Dec 2005 15:01:15 +0300

В настоящее время множество «подводных» чатов забиты хламом ложной информации, где компьютерные дайверы — типа всем известного «кибердайвера» г-на Федотова, берут на себя ответственность критиковать, либо давать советы по комплектации снаряжения для технического дайвинга.

В связи с этим редакция «Октопус-про» начинает публиковать цикл статей, знакомящих читателей с различными версиями комплектации снаряжения.

Главный редактор журнала «Октопус-про»
Кирилл Колосов.

К вопросу об оптимальной конфигурации снаряжения.

Спелеоподводники, входящие в организацию «Проект для Вудлендских карстовых равнин» WKPP — (The Wakulla Karst Plains Project) со штаб-квартирой во Флориде, установили большинство мировых рекордов глубины и дальности при погружениях в пещеры, осуществив, в частности, грандиозное трехкилометровое прохождение на средней глубине в 87 метров.

Вы, возможно, решите, что системы жизнеобеспечения в таких рекордных погружениях должны походить на оборудование NASA: что-то большое, сложное и дорогое. Но это не так. Система снаряжения для пещерного дайвинга, разработанная WKPP, состоит из недорогих и легкодоступных компонентов. Она проста, легка, обтекаема и служит образцом эффективности и экономичности. Однако, ее можно использовать отнюдь не только для экстремальных исследовательских погружений в пещеры на газовых смесях: она идеальна для любительского пещерного дайвинга, а также для технического дайвинга на открытой воде.

Эта система, придуманная Биллом Хогартом и доведенная до дзен-буддийской простоты в ходе десятков тысяч погружений, воплощает в себе простую идею «большее — в меньшем». Каждый элемент в этом комплекте снаряжения подобран с учетом всех остальных. Результатом стал минималистский подход, при котором всего несколько тщательно отобранных компонентов объединяются в законченную систему жизнеобеспечения. Система Хогарта — это чисто, изящно, безопасно и дешево. И еще... это действительно «система», и она на самом деле работает.

НА «СПИНКЕ» И НА КРЫЛЕ С ОДНОЙ КАМЕРОЙ

Система Хогарта зиждется на наспинной пластине — спинке, — в классическом варианте — стальной, к которой привинчены два баллона и один набор крыльев типа ОМS, Halcyon или Dive Rite (см. фото 1, 2, 3).

Классически используются лишь крылья с одной камерой. Если нужна резервная плавучесть, то ее обеспечивает сухой костюм (из мембранного триламината), а не неопреновый. В последнее время часто можно наблюдать использование дублированных крыльев. Однако до сих пор идут ожесточенные споры о том, использовать или не использовать крылья такого типа. Но другая группа дайверов приводит ряд доводов в пользу этого типа крыльев. Очень часто дублированные крылья используют в ситуациях, когда нет возможности использовать сухой костюм (или он просто не используется).

Пластина крепится к водолазу одной тесьмой, продеваемой через пластину в форме лямок и поясного ремня. Поясной ремень застегивается легко расстегивающейся пряжкой от грузового пояса. К нижней части пластины крепится брассовый ремень, который продевается между ногами и оканчивается петлей, накидываемой впереди на поясной ремень (см. фото 4).

На основной тесьме имеется всего три D-образных кольца: по одному на каждом плече и одно — у левого бедра (см. фото 5). Кольца удерживаются на месте зажимами, применяемыми для крепления грузов. Еще одно небольшое D-образное кольцо присоединяется к паховому ремню на спине. В отличие от компенсаторов для технического дайвинга, система Хогарта оставляет грудь свободной. Тесьма всегда туго натянута и плотно прилегает к телу. Нет никаких торчащих предметов или болтающихся ремней (см. фото 6).

Еще одно изменение было внесено в систему подвески. Наряду с классической Хогартовой подвеской стали использовать подвесную систему типа Харнерс. Это очень удобная система, которая позволяет грамотно распределить по телу вес закрепленного на дайвере оборудования. Кроме того, эту подвеску можно легко одевать и снимать в стесненных условиях благодаря дополнительной слабине плечевых ремней при растегивании грудной стяжки.

Грузового пояса нет. Вместо него отрицательную плавучесть обеспечивают два 12-литровых стальных баллона (даже когда они пусты) с манифольдом. Если нужно увеличить груз, используется тяжелая наспинная пластина из нержавеющей стали. Если требуется еще больший груз, то к наспинной пластине между баллонами привинчивают длинный свинцовый груз (U-образный).

Позволяя обойтись без грузового пояса, система Хогарта устраняет опасность случайного растегивания пояса и запутывания линя, уменьшает массу и лобовое сопротивление водолаза и устраняет другие неудобства. При этом правильно сбалансированая система не переворачивает дайвера лицом вниз на поверхности.

По той же причине неприемлемы неопреновые сухие костюмы. Чтобы компенсировать собственную плавучесть неопрена вблизи поверхности, приходится надевать грузы. На глубине неопрен сжимается (даже в предварительно сжатом неопрене имеются сжимаемые газовые пузырьки) и теряет плавучесть, отчего приходится поддувать крылья. Надутые крылья создают лобовое сопротивление, на преодоление которого тратится лишняя энергия. Расход энергии увеличивает потребление газа. Повышенное потребление газа ограничивает радиус действия водолаза, что, в свою очередь, ограничивает эффективную дальность и снижает безопасность всей группы. Этот каскад проблем типичен для снаряжения, комплектуемого по принципу личных предпочтений. Иногда бывает, что в группе находится «хорошо» экипированный дайвер, постоянно входящий в воду последним из-за проблем, возникающих со снаряжением.

ПУСТЬ ВСЕГДА БУДЕТ ГАЗ

Баллоны соединяются манифольдом, позволяющим отключить неисправный регулятор, сохраняя доступ к газу в обоих баллонах. К каждому вентилю присоединяется своя первая ступень. Первая ступень у правого плеча подает воздух (см. фото 7):

а) во вторую ступень на двухметровом шланге;

б) в шланг инфлятора крыльев.

Первая ступень у левого плеча подает воздух:

а) во вторую ступень на шланге нормальной длины;

б) в шланг поддува сухого гидрокостюма;

в) в манометр.

Вот, собственно, и вся она — конфигурация Хогарта, с которой (с добавлением лишь аргонового баллончика для поддува сухого костюма и травящего клапана-уринатора) и в которой двое дайверов из WKPP поставили рекорд, проникнув в пещеру на 4,3 километра.

КУДА ЧТО ИДЕТ

Справа к поясному ремню на скользящей петле крепится цилиндрический футляр для батарей пещерного фонаря. Футляр размещают в крайнем заднем положении, прямо у спинки, где он оказывается в кильватере плеча и не создает лобового сопротивления. Поясной ремень застегивается пряжкой от грузового пояса, которая крепится к левому концу ремня, имеющему запас по длине. Тесьму размещают так, чтобы при продевании в пряжку правого конца поясного ремня и при его затягивании пряжка всегда находилась на правой стороне тела, упираясь в батарейный футляр. Таким образом, пряжка не только соединяет поясной ремень, но и удерживает футляр у наспинной пластины (см. фото 8).

Свободный правый конец поясного ремня должен быть достаточно длинным и доходить до середины спереди, где его удерживает на месте петля пахового ремня.

Этапные и/или декомпрессионные баллоны крепятся между D-образными кольцами у левого бедра и левого плеча. Посмотрите на особенности установки манометра: манометр крепится к D-образному кольцу у левого бедра (см. фото 9); катушка, а при погружении на затонувшие суда — также сложенная подъёмная сумка, крепится к D-образному кольцу пахового ремня у спины; прочее — катушки, резак для линя, таблицы, ключи от машины, книга в мягком переплете, декомпрессионные игрушки, гелевые змейки, водоупорная электронная игра и тому подобные мелочи — умещается в карман с клапаном, пришитый на клею спереди на штанину сухого костюма (это автор шутит — прим. редактора).

Вторая ступень на коротком шланге — это ваш запасной регулятор. Он перебрасывается через правое плечо и удерживается под подбородком петлей из хирургической резины, проходящей вокруг шеи.

Вторая ступень на длинном шланге — это ваш основной регулятор. Через него вы дышите во время погружения и его же даете товарищу в нештатной ситуации. По боковой стороне правого баллона, за крылом, шланг спускается до уровня поясницы, далее поворачивает вверх, проходит между вашим туловищем и нижней частью батарейного футляра, по диагонали через грудь, через левое плечо, вокруг затылка, и только потом регулятор вставляется в рот (см. фото 10 и 11). Крепление на шланге, рядом с регулятором, позволяет «парковать» его на D-образном кольце у правого плеча, когда он не используется. При одевании длинный шланг помещают в рабочее положение в последнюю очередь, то есть укладывают поверх всего остального.

Некоторые дайверы используют иной способ крепления длинного шланга. Они помещают часть шланга под жгут на правом баллоне. Может быть это удобно в некоторых случаях (например в бассейне)(шутка автора), но, как мне кажется, совершенно непрактично при реальном использовании.

Во-первых, шланг, закрепленный на баллоне, не может быть в должной мере защищен от повреждений извне. Во-вторых, вы никак не можете контролировать использование всей длины шланга вашим аварийным напарником. Помните! У вашего напарника стресс и все, что ему сейчас нужно, — это воздух и спокойствие, а не лихорадочное выдергивание шланга где-то за вашей спиной. В третьих, почему-то редко задумываются о том, что в некоторых случаях длинный шланг нужно убрать на место. Конечно, вы можете просто засунуть его за пояс... Но лучше убрать его туда, где он находился ранее. Это только крупица доводов в пользу укладки шланга по Хогарту.

К ЧЕМУ БЫ ЭТО?

В темноте или в мутной воде все члены группы, ныряющей по системе Хогарта, знают, где находится снаряжение у партнера. Во время погружения не приходится менять регуляторы (как это бывает при независимых сдвоенных баллонах). Вторая ступень на длинном шланге остается во рту, пока не потребуется кому-либо из группы в чрезвычайной ситуации. Чтобы отдать ее дайверу, оставшемуся без воздуха, надо просто нагнуть голову, чтобы высвободить шланг, и напарник сразу получает полтора метра шланга. Потом вы опускаете руку вниз, освобождаете шланг из-под батарейного футляра, и теперь в распоряжении напарника все два с лишним метра. Зачем нужно давать водолазу, у которого кончился воздух, регулятор изо рта? Есть две причины:

а) вы оба знаете, что он работает, ибо один из вас только что дышал через него;

б) в мутной воде напарник может не нащупать ваш запасной регулятор, но всегда нащупает вашу голову и, следовательно, найдет основной регулятор у вас во рту.

Поняли? Всему есть причина. Длинный шланг нужен потому, что когда два дайвера со сдвоенными баллонами дышат из одного аппарата в тесном сифоне, короткий шланг не даст им выбраться оттуда, сильно стесняя их действия. Ваш запасной регулятор всегда находится у подбородка, его легко найти и — сразу взять в рот. Некоторые могут просто нагнуть голову и ухватить его ртом, вообще не используя рук.

НЕ ЧТО, НО — КАК

1. Нырять нужно только группой, так как напарник — неотъемлемая часть системы Хогарта.

2. Нужно строго соблюдать правила распределения газа — правило третей или более жесткое правило.

3. У каждого дайвера должен быть манометр и таймер. Хорошо иметь цифровой манометр и таймер пребывания на глубине. Приборы партнера — одновременно и ваши резервные.

ИСКУССТВО ДЫШАТЬ

Для большей надежности и улучшения работы обычно берут первую ступень одного изготовителя и вторую ступень другого. В США для дыхания на глубине используют первые ступени Scubapro MK20 и вторые ступени Scubapro G250 или Apeks/Aqualung/Beuchat VX-10 или Poseidon Cyklon. В Европе предпочитают комбинацию MK20/G250, а также первые и вторые ступени Apeks T50D. В Австралии преобладают первые и вторые ступени Poseidon. Вторые ступени на этапных баллонах не обязательно должны иметь высокие характеристики. Но они должны быть надежными, обеспечивать сухое дыхание и, что самое главное, не должны допускать возможности прямой подачи, обозначаемого, как правило «FreeFlow».

Обычно используются первые ступени со сбалансированным поршнем и вторые ступени с более низкими характеристиками. На декомпрессионных баллонах вы оцените регуляторы с легкой подачей, особенно при длительной декомпрессии. Высокая производительность регулятора не нужна, поскольку их обычно используют на малой глубине и при малых нагрузках. В США применяются поршневые первые ступени, такие как Scubapro MK20 или MK10+ со вторыми ступенями G250. В Европе предпочитают сочетание MK20/G250 и первую и вторую ступени Apex T50D. В Австралии часто применяются первые ступени Poseidon и вторые — фирмы Aqualung, но ни в коем случае не Atomic. В нашей стране предпочтения не ясны.

Если речь зашла о регуляторах, то от адептов этой системы часто можно услышать еще одно правило. Все вторые ступени должны позволять вам отвернуть под водой крышку, вынуть мембрану, сполоснуть ее от грязи, освободить заевший механизм и собрать все заново. Здесь все тоже логично, но не всегда выполнимо, если погружения проходят в особо сложных условиях. Эту операцию можно проделать во Флоридских пещерах и почти невозможно, например, в Абхазии в пещере-источнике Мчишта.

Для дайвера, пользующегося системой Хогарта, неприемлемо все, что неоптимально. Тем не менее, многие дайверы предпочитают комплектовать снаряжение по собственному выбору. Однако здесь мнения отдельных групп ныряльщиков так же расходятся. Одни остаются приверженцами принципов системы, но при этом категорически отказываются от консерватизма. Эта группа время от времени вносит изменения в конфигурацию с целью увеличения удобства в использовании и расширения ее функциональности. Другие идут по пути составления конфигурации на основе своего опыта, опыта своих коллег и, как правило, подвергают свою конфигурацию частым изменениям. Подход этой группы никаким образом не пересекается с принципами Хогарта. Эти конфигурации часто обозначают термином «личные предпочтения». В них входят:

— каска с фонарями;

— запасной регулятор на длинном шланге, пристегнутый к баллонам ремнем из пористой резины;

— компенсатор для технического дайвинга (с камерой за спиной) или жилетного типа с запасными воздушными камерами или без них;

— футляры с батареями для главного фонаря, пристегнутые поперек дна баллонов;

— в качестве основного используется регулятор на коротком шланге.

Хотя личности чересчур независимые могут выбрать систему «личных предпочтений», сторонники Хогарта предают ее анафеме, считая ее громоздкой, непродуманной и опасной. По их утверждению, она создает больше проблем, чем решает, а если и преследует какую-то цель, то цель эта — просто увеличить продажи серийного снаряжения.

И ПОСЛЕДНЕЕ СТАНЕТ ПЕРВЫМ

И, наконец, первое правило при использовании системы Хогарта: возможно, это главная подводная мудрость, которую не следует забывать при любых погружениях. Она проста: «Не ныряйте с лихачами». Термин «лихач» в данном случае относится к людям, которые, зная, что есть лучшая система, предпочитают погружаться не оптимальным образом. Он относится и к инструкторам, которые склоняют обучаемых, не знающих ничего лучшего, к системе «личных предпочтений», чтобы продать побольше снаряжения, и к тем, кто не планирует свои погружения, и к тем, кто выходит за пределы своих возможностей, глубоко ныряет на воздухе, без нужды рискует, совершает серьезные погружения с незнакомым снаряжением либо ныряет только ради глубины. Погружаясь с «лихачами», мы попадаем в зону, где наша безопасность уже не в наших руках. «Лихачи» могут быть очень «квалифицированными». Часто они кажутся весьма уверенными в себе — обычно потому, что не представляют себе опасность, которой подвергают себя и вас. «Лихачи» взывают к вашей жажде приключений, делая вид, что придерживаются неких норм здравого смысла. В группах «лихачи» могут очень сильно давить на товарищей. А если вы думаете, что застрахованы от лихачества, то имейте в виду, что два известнейших подводных исследователя нашего времени — Роб Палмер и Роб Паркер — не так давно погрузились в мир иной.

Валерий Хлоповский,
Инструктор PADI.